Глазами жертвы

— Вы ошибаетесь. Дэниел – хороший человек…

— Это вы ошибаетесь. Он – садист и убийца. А еще – очень хороший лжец.

— Обычно родители хвалят детей за любовь к чтению.

— Думаю, она не одобряла мой выбор литературы. Биографии серийных убийц, книги по криминалистике… – Ее взгляд стал отрешенным. – И пара любовных романов.

Желудок мужчины склонен к непостоянству.

есть…

— Тогда почему он накрыл тело в этот раз?

— Причин может быть много. – Агент пожал плечами. – Некоторые серийные убийцы накрывают жертв из чувства стыда. Еще это способ отстраниться, представить на месте человека неодушевленный предмет…

— Он накрыл жертву по той же причине, что надел на нее цепочку. – Зои обернулась к ним. – Он ее знал.

- Слушай, я уже есть хочу. А ты не проголодалась?

• Слегка, - рассеяно пробормотала она. - Надо подумать.
• Долго не тяни. Не то я съем свою клавиатуру.

— Хорошо. Приятно было с тобой поболтать, Зои. Буду звонить тебе чаще. Ты отличный слушатель. Назначаю тебя моим личным мозгоправом.
Зои закатила глаза.
— Я криминальный психолог!
— Ага. Мне как раз подходит, беру. Спокойной ночи.

— Возможно, ее оставили в живых.
— Или субъект бета решил съесть ее целиком, – предположила Бентли.
Мартинес тяжело вздохнул.
— Вы всегда вносите в нашу работу нотку оптимизма…
— Каннибализм среди серийных убийц – не редкость, следующий этап после употребления крови.
В комнату вбежала разгневанная О’Доннелл. Она подошла к Зои.
— Мне нужен перекур!
— Ладно. – Бентли свела брови. – А почему вы говорите это мне?
— Хочу, чтобы ты пошла со мной.
— Я не курю.
— Я тоже. Но перекур необходим.

Набирая номер О’Доннелл, Зои все еще смотрела на лицо Кэтрин. Та крепко зажмурилась, словно не хотела видеть, что с ней происходит, словно надеялась, что все исчезнет. Как выяснилось теперь, она зажмурилась недостаточно крепко…

Она живет в одном из самых безопасных районов Чикаго. Разве не так она говорила родителям, когда те начинали волноваться? Отец и вовсе уверен, что у дочери дом в зоне боевых действий. Но за все годы, проведенные в Чикаго, она ни разу не сталкивалась с преступлениями, не считая электронного спама.

Рея взяла собачье лакомство и выманила Сиропа из-под стола. Пока пес радостно чавкал, снова зевнула.
— Хорошо, сойдемся на двух старушках, по двадцать кошек с носа, – сказала она, почесывая мопсу спину. – Зови их скорей.

— Знаешь, что мне нужно? – сказала она. – Мне нужна богатая любительница кошек. Старушка, у которой сорок кошек и огромный счет в банке. Может, знаешь такую?
Сироп вздохнул.

Ни один парень не стоит загубленной карьеры

Человеческие доктора и правда страшные, – сообщила она Сиропу. – Злые, нелюбезные и никогда не дают лакомство во время осмотра. Даже за ухом не почешут.

Все проблемы усложняются, когда их выносят на публику.

Раньше ее не волновало, что думают о ней другие. Однако если позвал гостей, приходится о них заботиться. Очень нервирует.