Remarkably Bright Creatures

На дне океана у всего короткий срок.

Уж кому-кому бы возмущаться, но не женщине, которая учила его говорить: “А – алкаш, Б – болван”, когда он осваивал алфавит.

– Ты же такой умный, Кэмми. Правда, такой умный…

Он встает с дивана и смотрит в окно. После долгой паузы он говорит:

– Знаешь, просто за то, что ты умный, денег не платят.

Может, он и правда стареет. Тридцатник – это вам не сахар.

За несколько дней до исчезновения Эрика Това испекла на его восемнадцатилетие миндальный торт. После этого в доме еще не один день пахло марципаном. Она до сих пор помнит, как этот запах стоял у нее на кухне, будто гость-невежа, который не знает, когда пора уходить.

Все эти вещи хранились для того, чтобы она когда-нибудь передала их своим детям; это реликвии, которые должны были передвигаться по ветвям генеалогического древа. Но генеалогическое древо давным-давно перестало расти, его крона поредела и истончилась, из старого гниющего ствола не выросло ни единого живого побега. Некоторые деревья предназначены не для того, чтобы выпускать новые нежные ветви, а для того, чтобы стоически доживать свой век и тихо гнить.

Люди. Чаще всего вы ведёте себя бестолково и совершаете ошибки. Но иногда вы всё-таки бываете необычайно смышлёными созданиями.