Всё определяется людьми, всё материально. Несчастные люди чаще всего виноваты сами: не могут предвидеть, не могут спланировать, соразмерить.

Человека можно приучить ко всему.

Интересно моя тётка, старуха, рассказывала об аде: "Это не вечный огонь, не черти, не сковороды калёные. Это ничто, полное уничтожение. А рай - это ещё жизнь, деятельность.".

Милосердие. Это слово совсем вышло из употребления. Наверное, зря.

Мозг человека явно не совершенен, если часто путает и забывает.

Бога нет. Наука. Каждый знает — наказать могут только люди, сейчас, здесь. Если суметь — можно избежать. И получить удовольствие.Торжество инстинктов. Фрейдизм.

В жизни есть два крепких якоря - работа и дети.
Все остальные невзгоды можно перенести.

Все во мне возмущается против этих нелепостей,из которых сложена наша жизнь.

Если бы врачи ходили за гробом своих пациентов, наверное, никто бы не стал врачевать.

– Что же, так и не видели стриптиза? – Нет, видели. Ходили в такой театр - «Фоли-Бержер». Представление вроде мюзик-холла. Герлс в красивых одеждах или почти вовсе голые. Представляют разные картинки, танцуют, поют. Не понравилось. Безвкусно. Только и есть нагота или блестящие костюмы. Но артистки какие-то замученные, не действуют на воображение. Нет, я спрашивал, и у молодых то же. Разочаровались. Ничего приятного в загнившем капитализме не обнаружил.

Вижу тоску в их глазах. Что можно сделать? Только оттянуть конец. Такова идея медицины - бороться за жизнь, даже без всякой надежды на победу.

Леночку воспитываю, вижу, чего можно добиться, если настойчиво и с любовью...

Говорят, айсберги переворачиваются, когда подводная часть подтает. И с людьми бывает так: на войне, при катастрофах. Дно часто неприятно. Но нередко — и героизм.

Как странно: видишь людей, как айсберги, — очень мало снаружи, а большая часть — под водой

Это морг. Такой безобидный маленький домик стоит в углу институтского сада. Светло. Яркая зелень. Цветы. Кажется, по этой тропинке ходит Красная Шапочка. Нет. Здесь носят трупы.
Я доктор. Я иду на вскрытие. Вчера после операции умерла девочка. У неё был сложный врождённый порок сердца, и мы её оперировали с выключением сердца и искусственным кровообращением.

Как мы все беззащитны перед жизнью!…

Это жестоко. Но я не могу, не могу больше распоряжаться чужими жизнями. Что бы там ни говорили эти гуманные и решительные люди: «Врач должен брать на себя всю ответственность и не имеет права травмировать психику больных». Другие добавляют: «Даже и родственников». Но где же найти силы решать за всех? Где?

Больной, даже если он сам требует операции, может умереть, а родственники остаются. И доказать ничего нельзя. Хирург всегда оказывается виноватым.

Развивать любопытство. Тогда потянется к науке, творчеству. Это большое наслаждение - искать, мучиться.
Научить работать и добиваться. Настойчивость. Тогда не упустит мечту. Будет усталость и радость отдыха. Ещё искусство. Книги, театр, музыка. Можно забыться, отринуть жизнь, улететь. А потом ходить и вспоминать, и мир преломляется через голубую призму. Ещё - общение. Есть хорошие люди, умные. Уметь найти. Беседы с ними - удовольствие.