Человек, которого она совсем недавно не могла переносить на дух, теперь знал самую ее сокровенную тайну. «Как же быстро все меняется».

И как сейчас хотелось все исправить, больше проводить времени с любимыми и родными, сказать «спасибо» приемной матери за то, что отдала так много для того, чтобы воспитать ее, но она никогда этого не сделает. Потому что уже поздно, и все, что сейчас оставалось, это смотреть на красивое лицо дорогой ей женщины и оплакивать.

Она начинала себя ненавидеть за то, что испытывает к нему страх.

Терять близких и любимых безумно больно.

— Да ладно тебе. Неужели не было никогда желания уехать куда-нибудь подальше из столицы и насладиться природой и тишиной. Дышать свежим воздухом, париться в баньке. Ходить на охоту.

Мне он не нравится. Слишком подозрительный, внимательный, умный. Пожалуй, слишком умный, кажется, он о чем-то догадывается.

Да, она его не удивила. Те, кто узнавал, чей он сын, всегда так относились, не замечая его настоящего.

— Очнись, Федор, в каком ты мире живешь? Ты серьезно? Капюшон на голове — это уже странное поведение? Тогда мы можем посадить полгорода только за то, что они по внешним признакам схожи и носят капюшон.

Ничего невозможного не бывает.

Она была похожа на куклу, которую кукольник аккуратно одел, причесал и оставил.

Это чувство превосходства просто великолепно. В этот момент я ощущаю себя богом, не меньше.

"Девушка подошла ближе к каталке, глядя на бледное тело мужчины, сняв одну перчатку, убрав ту в карман, дотронулась до ладони Смешкова и тут же вздрогнула, когда ее пальцы прикоснулись к холодному телу. Чувство отвращения к этому месту перебило чувство страха. Свободной рукой Мила схватилась за край каталки сильнее, сжимая ее и прикрывая веки.
Сперва была темнота, а потом картинка словно пошла рябью и все стало видно..."

" - Ты теперь видишь, прикасаясь руками, — тихо сказал Александр, а Мила только согласно кивнула. Скрывать этот факт от брата, который до сих пор обладал такой странной силой и мог ей управлять, было бы неправильно. Она и так много от него скрывала".

"Я расширяю узел галстука и накидываю на тонкую шею девушки, жертва тут же дергается и мотает головой, пытаясь вырваться, только вот никуда она не сможет деться от своей судьбы, которую приготовил для нее. Когда ты полностью по рукам и ногам привязан к стулу, то вырваться уже не удастся".