Цитаты из книги Котлован. Джан

ей нужно начинать жить с начала, подобно ребенку, потому что все силы у нее взяло терпение борьбы с постоянным мученьем, и она не имела никогда свободного от горя остатка сердца, чтобы чувствовать добро своего существования; она не успела еще понять себя и освоиться, как наступила пора быть старухой и кончаться.

когда жить не нужно и нечем, когда про самое сердце свое надо помнить, чтоб оно билось, и заставлять его работать. Иначе можно ежеминутно умереть, позабыв или не заметив, что живешь, что необходимо стараться чего-то хотеть и не упускать из виду самое себя.

внутри бедных существ есть чувство их другого, счастливого назначения, необходимого и непременного, – зачем же они так тяготятся и ждут чего-то?

все его имущество – одно сердце в груди, и то когда оно бьется; одна только жизнь; за краем тела ничего ему не принадлежит. Но и жизнь была не его, ему она только казалась.

Отчаяние, тоска и нужда могут сжиматься в человеке вплоть до его последней щели: лишь предсмертное дыхание выносит их вон.

Назар в недоумении попробовал свои ноги и тело: есть ли он на свете, раз его никто теперь не помнит и не любит; ему нечего стало думать, будто он жил от силы и желания других близких людей, а сейчас их нет, и они прогнали его...

—Ты чего взарился? — спросил активист. — На тебе конфетку.

Мама, а отчего ты умираешь — оттого, что буржуйка или от смерти?

...никто не видел снов и не разговаривал с воспоминаниями.

Их тело сейчас блуждает автоматически, сущности они не чувствуют.

Без думы люди действуют бессмысленно

Человек не должен привыкать даже к самому себе, иначе он помирится со всем миром, а он еще плох.

Но мы всегда хотели много: и овец, и жену, и воду - в душе всегда есть пустое место, куда человек хочет спрятать свое счастье.

...умереть с энтузиазмом...

Активист представил Чиклину, что этот дворовый элемент есть смертельный вредитель Сафронова и Козлова, но теперь он заметил свою скорбь от организованного движения на него и сам пришел сюда, лег на стол между покойными и лично умер.

"—А ты покажь мне бумажку, что ты действительное лицо! —Какое я тебе лицо? - Сказал Чиклин. - Я никто; у нас партия - вот лицо!"