La Formation de la Terre du Milieu

«Из многих непостижимых случайностей складываются судьбы мира, — отвечал Митрандир, — и помощь часто приходит от слабых, когда дрогнут Мудрые».

Но изначально не карой задумана была смерть. Это — путь к спасению; вы покидаете мир и не связаны с ним, будь то в надежде или усталости. Так кому же из нас пристало завидовать другому?

Ибо тому, кто не ведает жалости, не постичь деяний, подсказанных состраданием.

И шум моря всегда ласкал его слух и отзывался в сердце.

Турамбаром же овладела слепая ярость, ибо в словах Брандира послышалась ему неумолимая поступь надвигающегося рока.

Но Хурин воспротивился тому, советуя отречься от Морготова коварства, чья мощь неизменно превосходила ожидания, а замысел оказывался иным, нежели явствовало поначалу.

Легенды о страданиях и гибели дошли до нас из тьмы тех дней, однако есть среди них и такие, в которых радость звучит сквозь слезы, а за тенью смерти сияет свет.

И молчание сковало их память.

Ненависть была избыта.

Ибо он был обречен и испепелен пламенем своего гнева.

Уцелело не больше, чем горсть листьев.

Но краток час рассвета, и день зачастую не оправдывает ожиданий.

Ибо Валар свершают в мыслях много большее, нежели при помощи рук.

Мало что можно поведать о безмятежной, радостной жизни, пока не придет ей конец.

Но разве не долг дружбы — упрекнуть друга за безрассудство?

И пред лицом его все, кроме самых стойких, погружались в темные бездны страха.

Но наступившая Тьма являлась бо́льшим, нежели просто утратой света.

Долгий в пересчете лет, но в памяти оставшийся как краткий миг.

Суждено Перворожденным явиться во тьме, и первое, что узрят они, будут звезды.

И тогда показалось Манвэ, будто Песнь вновь зазвучала вокруг него, и теперь постиг он в ней многое, к чему ранее не склонял своего слуха, хотя и слышал.