Обезьяна в Париже

— Каким именем подписать тебя, акула пера? — обратился главный редактор к мартышке.

— Давайте подпишем ее — "Обезьяна пера", — пошутил Жерар.

— А что, — согласилась мартышка, — мне нравится, такого псевдонима ни у кого нет!

— Месье, подскажите, а что здесь происходит? — обратилась мартышка к мужчине с сосисками.
— Как что? — удивился мужчина. — Мы протестуем.
— А против чего? — не отставала обезьяна.
— Против всего, — терпеливо объяснил тот. — Вот ты, любезная, знаешь, что во Франции до сих пор нельзя называть поросят Наполеоном? А я хочу назвать так всех своих свиней! И требую отменить этот закон!

— Увы, — пожал плечами Куп. — У нас уже есть стажёр, который носит всем кофе.
— Но у вас нет мартышки, которая пишет статьи! — не согласилась обезьяна.
— Такой нет, — подтвердил редактор. — Зато уже есть парочка баранов...
Куп рассерженно посмотрел на дверь, видимо вспомнив недавнюю ссору.
— ...и один индюк. Нет, не будем делать из редакции зоопарк.

О нет, мадам де Барбон не боялась обезьян. Она их обожала! Всю жизнь мадам мечтала завести дома какую-нибудь мартышку и воспитать её, как человека. Особенно после того, как её собственные дети выросли невоспитанными.

«Конечно, можно пойти в посольство Габона, и они вернут меня на родину, — размышляла мар­тышка. — Но смогу ли я жить в лесу среди кроко­дилов и бегемотов после того, как познала блага цивилизации — такси, сыр камамбер и жеватель­ную резинку?