Луна не съест месяц

Правь балом, кровавый цветок смерти, ведь ты один теперь и стрелка, и компас в этом зале

Но не могла Смерть съесть своё ребро, как и саму Жизнь, ибо живое выйдет только тогда, когда Смерть попытается съесть саму себя.

Это одиночество опустошало ее, раз за разом выедая в ней дыры, просачивалось внутрь — к самому основанию точило колья, чтобы воткнуть в сердце и обратить ее в прах.