О, Арианна... С первого же дня средней школы меня затянуло в ее гравитационное поле, словно спутник; она была Землей, а я - Луной.

У нас не было конкретных планов насчет интервью, но одно я знал наверняка: время, проведенное с Джованни, станет для меня бесценным. И наполнит мою память новыми воспоминаниями.
Мы вместе создаем истории.
История связала нас вместе.
Мы вместе в прямоугольнике экрана. В пространстве, где возможно всё.

В общем, что мне больше всего запомнилось из той встречи, так это мощная спасительная сила иронии. Я решил, что нужно взять это на заметку, если соберусь-таки писать инструкцию. Иронизировать. Доброжелательно. Обезвредить оскорбление, давая собеседнику понять, что быть другим - нормально и что у каждого из нас есть какой-нибудь синдром.

Я всегда спускал на обидчиков собак. Но какой смысл? Что это дало? Ведь, оскорбляя других, не научишь их уважению. Не заронишь зерна перемен в их душу, разум, поведение. Во мне перемены произошли благодаря неизменной привязанности Джо, его безмятежности, его изумительным глазам.
Да, быть доброжелательным и удивлять. Вот где ключ. А "придурок" и "захотел в рожу" доброжелательностью и не пахнут. И ничего удивительного тут тоже нет.

Да, мой брат может быть и скотиной, и заразой, и падлой, и всем этим вместе. Ты злишься на тех, кого любишь, потому что ты их любишь. И когда я научился называть брата скотиной, то почувствовал себя по-настоящему свободным.

Да, однажды Джо не станет. И когда это случится, дедушка, я все равно буду счастлив. В каждой слезинке будет воспоминание. А каждое воспоминание обернется улыбкой. А как же иначе? Ведь с Джо невозможно оставаться серьезным!

Люди смеются над тем, чего не понимают и боятся.

Они смеются над нами, потому что мы другие, а мы смеемся над ними, потому что они все одинаковые

Ну а пока впереди была еще вся жизнь. У меня, у Джованни и у нас с ним вместе. Да, прежде всего - вместе. Я наслаждался нашими выходами "в свет": это было словно носить с собой в кармане маленькое солнышко.

Джо играл со своими динозаврами. <...> Джованни всем своим существом погрузился в это волшебство. А в мезозое, оказывается, прикольно! Не знаю, сколько я так простоял: времени там не существовало. Могло пройти двадцать минут, а могло и три дня, с тем же успехом. Да, двенадцать лет мне потребовалось, чтобы я смог увидеть мир глазами брата. И, честное слово, этот мир очень даже хорош.

Потрясающе. Не видел человека двадцать лет и первым делом спрашивает, кем он работает. Меня, кстати, тоже периодически об этом спрашивают. В смысле, не кем работаю я, а кем работает мой папа. Сам я никогда таких вопросов не задаю - мол, кем работает твой папа? Скорей уж спрошу, за кого он голосовал на последних выборах. Это многое может прояснить.

Мы припарковались на одном из VIP-мест, как мы их называем, то есть в желтом прямоугольнике для людей с ограниченными возможностями. Я обожаю VIP-места. Это знак уважения к таким, как Джо.

Когда ты учишься, лето начинается не первого июня, а в следующую секунду после последнего звонка в последний учебный день.

"Получив задание изобразить войну, все ученики в классе нарисовали винтовки, пушки, бомбы, трупы. Все, кроме одного. Маццариол решил показать войну с другой стороны. Девушка - невеста солдата. Он воюет, и поэтому ей приходится есть мороженое (которое Маццариол любит больше всего на свете) в одиночестве.
Да, война означает и это тоже: есть мороженое в одиночестве.
Объяснение получено от автора, отредактировано совместными усилиями.
Браво, Маццариол!"

Иногда время тащится, словно завязшая в песке черепаха. А иногда проносится со свистом, как гепард по саванне: того и гляди, жизнь закончится.

Вечером меня вдруг ни с того ни с сего потянуло размышлять и писать. Я взял дневник. Обложку украшало мое собственное высказывание: "Самое страшное на свете - пустая страница. Самое приятное на свете - пустая страница". В дневнике в той или иной степени отражалась вся моя жизнь. Это был мой карманный Витто.

Жить с Джо означало непрерывно дрейфовать от одной крайности к другой. Веселье - упадок, действие - размышление, неожиданность - предсказуемость, наивность - гениальность, порядок - хаос.

Джорджия О'Кифф любила свою дверь, а Джо любил кидать игрушки и разглядывать одни и те же книжки с одними и теми же динозаврами. И делал это снова и снова, чтобы продлить прекрасные ощущения. Вот так же и моя мама все пересматривает видео, где я учусь кататься на велосипеде. Да, точно.