Поэты и джентльмены. Роман-ранобэ

Есть странная связь между словом и реальностью, если слово преображено гением. Я лишен таланта, увы. Но в вашей власти словами создать иную реальность.

Споры о действенности литературных премии, как инструмента популяризации чтения, несостоятельны. Это работает, хотя бы уже потому, что объявленный Большой книгой лонг, кроме заслуженных фаворитов в одной своей части, кроме обидного отсутствия многих достойных в другой, кроме "кто все эти люди?" в третьей, рассказал о книге Юлии Яковлевой, которой я отчего-то не знала, хотя Яковлева - это такой must read. Чтобы уже не возвращаться к теме премий, вот здесь подборка моих рецензий на произведения Большой книги 2024, на момент объявления списка в прочитанных было 13/50, но до 5 июня, когда объявят шорт-лист, их прибавится. И первое, что я побежала читать - та самая Яковлева.

В названии "Поэты и джентльмены" явно намеренная отсылка к "Лиге выдающихся джентльменов", особенно имея в виду, что на роли последних здесь леди. В основе истории то же фантдопущение что в графическом романе Алана Мура о некоем персонаже, наделенном сверхспособностью даровать жизнь чистым идеям, дабы они послужили отечеству. У Мура это литературные герои, у Яковлевой литераторы, которых, в момент их смерти забирает во вполне реальное посмертие Владимир Даль, ее сквозной персонаж. Если вы читали "Даля" и влюбились в него как я, объяснять ничего не нужно. если нет - слишком долго. Просто примите как данность.

Взаимозависимость языка и государства: первое душа, но второе тело, и если погибнет тело, дух развеется в пространстве - в основе концепции. Британия поняла это первой, поставив на службу имперскости готику Анны Радклиф, викторианство Джейн Остен, фантастику Мэри Шелли, придав команде остроты Адой Лавлейс, которая здесь на роли не писательницы, но технического гения (на всякий случай, Ада дочь Байрона и одна из предтеч кибернетики). Сотрудничество дам впервые обкатано было в Афганской кампании, где русским военным противостояли шотландские вампиры, материализованные коллективным творчеством дам. С началом Крымской кампании пришла пора нанести ответный удар. С российской стороны действуют Пушкин, Лермонтов, Гоголь и Чехов, благодаря усилиям которых с лица английского адмирала сбегает нос. Аккурат накануне намеченного морского рейда в режиме блицкрига на Кронштадт и разорения Петербурга.

Дальше в том же духе - дамы и господа сочиняют довольно недурные историйки, перепевая прежние свои сюжеты, в подмогу военному ведомству, и все это даже приносит некоторые тактические плоды, оставаясь бесплодным в стратегическом плане. Не могут несколько гениев, даже объединенными усилиями, радикально переменить ход истории. Тем более. если гении эти мертвы. Где триада: мздоимство, казнокрадство и лень противостоит декларированным, там "души прекрасные порывы" становятся в повелительное наклонение. Великолепная стилистка и замечательная эрудитка, Юлия Яковлева насыщает текст тысячью и одной отсылкой к классической русской и английской литературе. В этом много нежности к героям и героиням, даже к Лермонтову. А Пушкину она и вовсе дарит возможность попробовать себя в беллетристике и побывать уже, в конце концов, за границей - не скажу как, но вам понравится.

Чистое читательское наслаждение с горчащим послевкусием. Но с хорошими книгами иначе ведь и не бывает.

Сеттинг был многообещающим: две команды писателей-супергероев (Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Чехов vs Остин, Радклиф, Шелли и примкнувшая к ним Ада Лавлейс), наделённых чудесным даром претворять свои произведения в жизнь, трансформируя реальность, сражаются друг с другом, стремясь завершить в пользу своих держав исход Крымской войны. Эдакая литературная "Лига выдающихся джентльменов" (насколько вообще участниц женской британской сборной можно называть джентльменами). Но вот воплощение, на мой взгляд, подкачало. Сначала о том, что удалось. У Яковлевой отлично получился презабавный литературный ребус: роман полон отсылок к русской и не только классике, причём дело не ограничивается перечисленными выше героями. Правда, в формате аудиокниги (насколько я понимаю, произведение существует лишь в этой форме) разгадывание ребуса несколько осложнено. Какие-то наиболее очевидные отсылки услышать не составляет труда: явственно считываются аллюзии на Горького, Достоевского, Конан-Дойла и некоторые произведения вышеозначенной команды поэтов-джентльменов. Но есть, конечно, стойкое ощущение, что массу других отсылок ты не услышал и пропустил. К сожалению, ребусной частью достоинства книги исчерпываются. Да, Яковлева умеет стилизовать свою прозу под разных классических авторов, но у того же Сорокина, как по мне, это получается не в пример лучше. Стёб над классиками (особенно над Гоголем) забавен, но не более того, до хармсовских литературных анекдотов Яковлевой как до луны. Кроме того, ей не удаётся полностью погрузить читателя в эпоху: периодически проскакивают анахронизмы (кто ж в середине 19 века оперирует категорией "литр" применительно к водке? какие ещё унитазы в это время?). Но самые большие проблемы у этого произведения - с сюжетом. Все-таки когда берёшь в руки авантюрно-шпионско-мистический роман, то ожидаешь хоть сколько-нибудь связного повествования. Здесь же, во-первых, очень много построено на умолчаниях: читателю предстоит догадываться о событиях, оставшихся за кадром, а сделать это на слух (повторюсь, книга изначально создавалась в аудиоформате) довольно сложно. Во-вторых, относительно многих вещей хотелось бы получить более внятное объяснение. Писателей-супергероев в одну команду собирает Владимир Даль, но почему он собирает именно этих? Как он вообще узнал про существование Чехова? Если уж он может перемещаться в будущее, то почему выбрал Чехова, а не, скажем, Булгакова (тоже врач, но в плане литературно-шпионской дуэли мог бы быть гораздо более эффективным придумщиком)? Какова вообще природа магических способностей Даля? А кто собрал в одну команду англичанок (которые, как известно, "гадят")? По большому счёту, у этого романа те же самые проблемы, что и у "Даля". Сама Яковлева, насколько я понимаю, рассматривает "Даля" как первую часть трилогии, а "Поэтов и джентльменов" - как последнюю. Возможно, если она напишет середину, то всё сложится в единую картинку, но до тех пор, увы, впечатление так себе.