Моя темна Ванесса

– Как же я от этого устала, – шепчу я.
Руби садится передо мной на корточки, кладет ладони мне на плечи – это первый раз, когда она ко мне прикоснулась.
– От чего вы устали? – спрашивает она.
– От того, что слышу его, вижу. Все, что я делаю, пронизано им.
Мы молчим. Мое дыхание успокаивается, и она встает, убирает руки.
Она мягко говорит:
– Если вы вспомните первый инцидент…
– Нет, не могу. – Я откидываю голову на спинку кресла, вжимаюсь в подушку. – Я не могу к этому вернуться.
– Возвращаться не обязательно, – говорит она. – Можете остаться здесь. Просто вспомните одно мгновение – первое для вас, которое можно было бы назвать интимным. Вспомните, кто был его инициатором. Он или вы?
Она ждет, но я не могу это произнести. Он. Он подозвал меня к столу и дотронулся до меня, пока весь класс делал домашнюю работу. Я сидела рядом с ним, смотрела в окно и позволяла ему делать все, чего он хочет. И не понимала этого, не просила об этом.
Повесив голову, я выдыхаю.
– Не могу.
– Все в порядке, – говорит психотерапевт. – Не торопитесь.
– Я просто чувствую… – Я прижимаю ладони к бедрам. – Я не могу лишиться того, за что так долго держалась. Понимаете? – Мне так больно из себя это выдавливать, что у меня искажается лицо. – Мне просто действительно нужно, чтобы это было историей любви. Понимаете? Мне правда-правда это нужно.
– Знаю, – говорит она.
– Потому что если это не история любви, то что?
Я смотрю в ее блестящие глаза, в ее полное сочувствия лицо.
– Это моя жизнь, – говорю я. – Это было всей моей жизнью.
Она стоит рядом со мной, пока я говорю, что мне грустно, так грустно. Это короткие, простые слова – единственные, что имеют смысл, когда я по-детски прижимаю руки к груди и показываю, где болит.