Цитаты из книги Yellowface

Then the second wave of the shitstorm starts, this time with Athena at the center. Most of the accounts that participate so clearly do not care about the truth. They’re here for the entertainment. These people love to have a target, and they’ll tear apart anything you put in front of them.

«Зависть всегда описывают как нечто острое, зелёное, ядовитое. Безотчётный и подлый, приправленный едкостью уксус или укол. Однако у писателей, по моему наблюдению, зависть больше напоминает страх»

Не стоит давать надежду там, где её нет.

В свете софитов невозможно задержаться надолго.

Критики пиарятся за счёт унижения других.  Это их единственный способ получить признание.

Жизнь коротка. Зачем мы возводим эти стены?!

Я явно вторглась в час отдыха сотрудников между готовкой и расселась тут, как королева без "ле".

С виду они такие дружелюбные рубахи-парни и внушают, что ты самая особая из всех снежинок, какие им только доводилось держать на языке, а затем вонзают зубы, и от них не отделаться неделями.

.... ,что я больше ценю в писательстве - бесконечная возможность заново изобретать себя и те истории,  которые мы о себе слагаем

Здесь предельно точно описана та пропасть между желанием, чтобы тебя узнали, и ужасом от того, что тебя могут распознать, когда ты еще сам вовсе не уверен, кто ты такой.

People come to a text with so many prejudices formed by what they think they know about the author,” she’s said before. “I sometimes wonder how my work would be received if I pretended to be a man, or a white woman. The text could be exactly the same, but one might be a critical bomb and the other a resounding success. Why is that?”

Все здесь сводится к личным интересам. Манипулировать, выгрызать, одерживать верх. Делать все, что только возможно, не останавливаясь ни перед чем. Если публикация сфальсифицирована, главное убедиться, что она сфальсифицирована в твою пользу. Все просто и понятно. Я ведь тоже так делала; таковы правила игры.

Слова жгут в груди, как раскалённые угли, переполняя энергией, которую мне необходимо излить сполна, иначе она меня сожжёт.

❝ — На экране я писать просто не могу, - сетовала Афина. - Мне надо видеть текст в печатном виде. В напечатанном слове есть что-то основательное. Возникает ощущение постоянства, осязаемости того, что ты пишешь. Это меня концентрирует, проясняет мысли и придаёт прозе осязаемости. ❞

Обсёр с дебютами — удел решительно всех.

Правда изменчива и обоюдоостра. Всегда есть еще один способ раскрутить историю, добавить в повествование еще один поворотный момент.

В самом деле, трудно дружить с кем-то, кто затмевает тебя каждым своим шагом и на каждом повороте.

Это то, что я больше всего ценю в писательстве, — бесконечная возможность заново изобретать себя и те истории, которые мы о себе слагаем. Что, как не это, дарует нам возможность сознавать каждую крупицу своего таланта и своего наследия во времени.