The Children's Book

Хамфри Уэллвуд был рад, когда война кончилась, — он благородно стоял за буров, но это была очень неудобная позиция.

Как многие дети неустойчивых, зыбких богемных семей, она рисовала себе в романтических грезах обыкновенную­ семью, живущую удобно и по расписанию, уютно предсказуемую.

...вежливость в сочетании с неприязнью разит наповал.

Да, Олив умела давать эгалитарные вечеринки в саду, нарушая все правила этикета.

Если она обречена жить в обществе одних женщин, лучше пусть это будет анатомический театр, чем швейный кружок.

Миссис Оукшотт выразила убеждение, что множество модных нерв­ных болезней вызвано гниением бездействующего ума.

Том был счастлив­ тем счастьем, какое возникает у людей, запертых в нереальности театральной ложи.

Принадлежность к чему-то, вера в идею могли вынудить человека согласиться с чем-то таким, что со стороны выглядело смешно или чудовищно.

Она была сыщиком, который видит людскую суть. Ее правило гласи­ло: люди намного хуже, чем кажутся.

Он думал не словами. Он просто замечал. Как клюет утка. Какими неуклюже прекрасными и почти увечными выглядят длинные ноги цапли, когда она взлетает, а они тащатся следом. Как бьется в грязи рыба. Какие узоры рисует ветер.

На третьей неделе ноября часто выдается такое обман­чивое лето — и тогда хочется думать, что лето будет всегда.

Самым заметным экспонатом было большое украшение в форме бирюзового бюста женщины, выходящего изо рта длинной-длинной стрекозы, чье золотое тело покрывали равномерно разбросанные сверкающие голубые и зеленые драгоценные камни.

Имогена была похожа на белую восковую свечу, освещенную золотым пламенем.

Сначала все были викторианцами, а потом в январе 1901 года маленькая старушка, Виндзорская вдова, королева и императри­ца, умерла.

Жен­щинам жизненно необходимо право — и возможность — учиться вместе с другими людьми, своими единомышленниками. Это одна из причин, по которой миссис Оукшотт основала кружок любителей чтения, где будут изучать не только «Мельницу на Флоссе» и «Джейн Эйр», но и «Кукольный дом» Ибсена — сочинение, вызвавшее бурю восторгов и бурю критики.

На самом деле больше всего хотела нежности, хотела, чтобы чьи-нибудь руки сжимали её талию и гладили роскошные волосы. Она пылала, но роптать или даже признаваться себе самой в этом пылании было бессмысленно.

Хорошенькое дело, помилование за преступление, которого ты не совершал

...его раздражает то, что этот человек в халате...в большей степени, так сказать, владеет воображаемыми скалами,камнями, и кустами бузины, чем он, читатель. Фрэнк подумал, что читателю нельзя встречаться с писателями. Это противоречит какому-то главному "замыслу".

— Флоренция, ты у меня такая умница. Ты всегда будешь такой?

— Нет. Скорее всего, с возрастом я ужасно поглупею. Похоже, так со всеми бывает.