Черный махаон

«Здесь особенно сильно ощущалась свобода. Ветер с океана, дерзкий, нетерпеливый, острый запах йода, соли, рыбы и мокрых камней.»

«Всё произошло стремительно. Как во сне. Она не перечила, не сопротивлялась, разрешая ему дойти до конца. Чего было в нем больше, в этом парне, имя которого никак не укладывалось на язык: ласки или напора? Жесткости или страсти? Он окружил ее собой, заполнил собой, вымещая из памяти отголоски воспоминаний о прежней жизни.»

«Яна смотрела в окно. Над заливом занималась заря. Красная. Тревожная. Острые гребни горбатых волн серебрились пеной, рвано и небрежно отражали облака. Морось скрывала линию горизонта, давила. Тусклую пелену рассекали темные вертикали далекого ливня.»

«Оттолкнулся, ловко разогнался, сделал резкий разворот. Передняя нога на середине доски, почти перпендикулярно направлению движения. Задняя — на кромке скейта. Щелчок. Легкий прыжок и полет почти в метре от ребристого асфальта. Легко, словно ему это ничего не стоит сделать.»

Человек рожден, чтобы действовать и думать

Чем сложнее произносить имя босса, тем больше уважения оно вызывает

Целый день с хештегом #времядлясебя. Неслыханная роскошь для замужней тридцатишестилетней  женщины

...знаешь, мы затронули сложную и на самом деле интересную тему: предел ответственности и предел вмешательства в личную жизнь. Это ведь не просто, верно? И дело не в цифрах и кодах. А в людях, которые за ними стоят. Do, ut des; facio, ut facias (поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой)

"От воспоминаний о ней кололо под сердцем, вымораживало мысли"

"Если бывают в жизни неудачные дни, то сегодня именно он"

— Сделка?
Она кивнула с вызовом:
— Сделка. И ты исчезаешь из моей жизни раз и навсегда.
— Окей, — он улыбнулся уголком рта. — Если ты потом сама этого захочешь.
Яна закатила глаза:
— Ой, вот только не надо этого… Герой-любовник нашелся. Неужели ты думаешь, что ты, сопляк на гормонах, можешь меня чем-то удивить?

«Она падала в черную липкую яму. В ней не было запахов, звуков. Только тоска. Она разрывала медленно, методично, оглушительно»

«Хотелось домой. Нет, не так. Хотелось в норку, укрыться в ней с головой, спрятаться под теплым пледом и слушать как в трубах шумит вода. Как доносят приглушенные голоса соседей. Как через приоткрытую форточку в квартиру тонким запахом борща или подгоревшего молока заглядывает чье-то семейное счастье. Вот бы не высовываться до самого того дня, когда из груди вынут ледяной кол»

«Она не жалела ни о чем. А воспоминание о распустившихся крыльях останется с ней навсегда. Есть ли теперь разница, кто ей его подарил?»