Чаепитие с призраками

Она знала все пустоты и впадины человеческой души, и в ней было что-то от феи.

... призраком становится не каждый. Для этого нужно, чтобы смерть-грубиянка прервала вас на полуслове.

Когда кто-то другой делает работу за тебя, она кажется сущим пустяком.

А фею, даже бескрылую, даже старую и сошедшую с ума, нельзя оставить гнить в заброшенной деревне. Даже если она отказывается уйти оттуда.

Показать призраку предмет, которым он может пользоваться, – все равно что помахать перед кошкой веревочкой, к которой привязана бумажка. Такие предметы служат якорями для неупокоенных душ. Они возвращают призракам плотность – почти жизнь.

Она знала все пустоты и впадины человеческой души, и в ней было что-то от феи.

Кому нужны порядок и чистота, когда внутри все идет прахом.

Она была совсем нестарой – ей едва ли исполнилось тридцать пять, – но, когда тебе всего пятнадцать, тот, кто старше на двадцать лет, кажется развалиной.

Вот что случается, когда отдаешь свою жизнь человеку, который несовершенен. Получаешь ее назад – жизнь, которая казалась такой драгоценной, – похожей на скомканный лист бумаги.

“Бывают такие люди, что и не знаешь, то ли ноги им целовать, то ли душу из них вытрясти.”