Цитаты из книги Соглядатай

Что мне до того, если даже и впрямь вот это письмо перевалит в будущий век, в этот невообразимый век, одно начертание которого, -- двойка и три нуля, -- фантастично до нелепости?

И вот, то, что я давно подозревал, — бессмысленность мира, — стало мне очевидно. Я почувствовал вдруг невероятную свободу, — вот она-то и была знаком бессмысленности.

Глупо искать закона, ещё глупее его найти.

От нее исходило щедрое тепло: как только она появлялась, мне уже мнилось, что в комнате жарко натоплено, и, когда, отведя восвояси эту большую живую печь, я возвращался один среди чмоканья ртутного блеска безжалостной ночи, было мне холодно, холодно до омерзения.

-- Между нами не может быть никаких разговоров, -- сказал я -- и понюхал мой толстый, холодный букет.

Есть какой-то безвкусный, озорной рок, который вас заставляет в первый день приезда домой встретить человека, бывшего вашим случайным спутником в вагоне.

В эту минуту можно было видеть на лице у Смурова совершенно неистовое желание, чтобы лифт с Евгенией Евгеньевной и дядей Пашей навеки застрял, чтобы Роман Богданович провалился прямо в пасть к синему персидскому льву, вытканному на ковре, и главное, чтобы исчез я - этот холодный, настойчивый, неутомимый наблюдатель.

Музыка иногда выражает то, что в словах невыразимо. В этом смысл и тайна музыки.

...и наконец, почувствовав, что сейчас разрыдаюсь, бросил с размаху об пол книгу, которую почему-то держал в руках, и, повернувшись, навсегда оставил Ваню на балконе, вместе с ветром, вместе с мутным весенним небом, вместе с таинственным басовым звуком невидимого аэроплана.

...я сам не понимаю, почему я так всегда плакал, когда мы встречались во сне.

Было похоже, что они совершают какое-то веселое путешествие: этот надстроенный этаж плыл, как дирижабль.

Таинственная эта ветвистость жизни, в каждом мгновении чувствуется распутье, - было так, а могло бы быть иначе, - и тянутся, двоятся, троятся несметные огненные извилины по темному полю прошлого.