Что думают гении. Говорим о важном с теми, кто изменил мир

– Еще при нашей жизни облик нашего мира начнет стремительно меняться. Он будет становиться все более виртуальным. Люди станут образовывать воображаемые сообщества, где будут общаться, решать бытовые проблемы, делать покупки, делиться впечатлениями напрямую, без посредников. Это неплохо звучит, но, к сожалению, в таких сообществах интеллектуальное общение будет играть ничтожную роль. Все остальное станет служить все той же религии потребления, но в еще более агрессивном, сублимированном виде, чем сейчас. В этих сообществах будет царить бесконечная назойливая реклама, эротика, плоский юмор на уровне школьников, примитивные развлечения. Да, небольшой процент населения почерпнет из компьютеров нечто стоящее, полезное. Но все остальное общество от них отупеет еще сильнее. Намного сильнее, как ни печально. – Вы видите какой-то просвет, выход из ситуации, позитивную альтернативу этому сценарию? – Нет. Общество тотального потребления – это билет в один конец. Выхода из него у человечества нет. Оно завязнет в нем глубоко, безнадежно: чем дальше, тем сильнее. Как муха, которая увязла и умирает в сладком, ароматном и, казалось бы, таком притягательном медовом сиропе. Философ сделал паузу, закурив очередную сигарету. Затем поправил себя, глядя в сторону: – Впрочем, я могу быть и не прав. Выход, конечно, есть. Но он совсем плохой. Страшная глобальная война – вроде термоядерной. Климатическая катастрофа, всемирная засуха, потоп, эпидемия, падение огромного метеорита. В общем, нечто ужасное, что потрясет основы всемирного бытия, культурно и технологически отбросит человечество на столетия назад. Но, как вы понимаете, эта альтернатива – еще хуже того, что нам предстоит при отсутствии глобальных катаклизмов. – Как отдельный человек может противостоять опасной виртуальной реальности? – Это и просто, и крайне сложно. Необходим характер и интеллект. Не поддаваться правдоподобию любой информации, образа, какими бы внушающими доверие ни казались картинки. Уметь анализировать события. Подвергать сомнению любой факт из средств массовой информации. Не пытаться всегда докопаться до истины: у нас нет для этого средств. Но хотя бы не давать себя дешево провести. Быть метеочувствительными к глупости и вранью, как к плохой погоде.

Я спросил армейского психиатра, как он отличает настоящих психопатов от симулянтов. Его ответ меня удивил. «Если нормальный, казалось бы, человек в состоянии натурально изобразить безумие, значит он и в самом деле псих, но тщательно это скрывает». Понимаете, в чем суть? Во многих случаях грань между реальностью и симуляцией столь тонка, что даже профессионал не в состоянии понять, что есть что. – Понимаю. Говорят, что «маска прирастает к лицу». Еще есть американская поговорка Fake it till you make it: притворяйся, что ты можешь это сделать, пока не сделаешь это. Но каков механизм симуляции? Есть ли какие-то всеобщие правила, а также способы противодействия? – Любая качественная симуляция переживает три основных этапа своего развития. Первый шаг: симулякр старается быть как можно более похожим на реальность. Второй шаг: он начинает взаимодействовать с реальностью. Искажает ее, затем снова создает, но в измененном виде. Третий шаг: симулякр полностью заменяет собой то, что когда-то было реальностью. – Кажется, это похоже на механизм развития раковых клеток. Сначала они образуются в теле, но ведут себя как обычные клетки, как бы маскируются под них. Затем, собираясь в колонии, начинают взаимодействовать с обычными клетками, понемногу разрушая их. На третьем этапе с помощью метастазов и новых сосудов они образуют свой собственный «организм», убивающий их носителя. – Да, так и есть. Правда, есть и четвертый, редкий, но самый продвинутый вид симулякров. Они тоже родились на основе какой-то реальности, но в итоге не просто заместили ее собой. Они стали чем-то совершенно новым. Тем, чего не может быть в реальности даже теоретически.