Дисгардиум 2. Инициал Спящих

Похоже, задание выполнится, когда все индикаторы будут заполнены, вот только виделся мне тут подвох. Как довести репутацию Патрика с городом до уважения, то есть до двух тысяч очков, за то время, что мне осталось провести в песочнице? Невыполнимо! Все остальное можно будет сделать и в большом мире, и даже морщины сойдут с его лица, если поднимем харизму, но репутация с городом? Или после снятия дебафа алкоголизма что-то изменится? Может, именно он сейчас срезает цифры характеристик Патрика?

Патрик тем временем будто ничего не заметил. Странный NPC кинулся трясти мою руку и благодарить:
– Спасибо, Скиф!
У меня ушло несколько секунд, прежде чем я понял за что.
– Но предупреждаю – больше никакого алкоголя! – строго сказал я. – Хоть раз увижу, что ты выпил, – сам свою Джейн возвращай. Понял?
– Даже эльфийского белого нельзя? Оно ж как ягодный взвар…
– Ни эльфийского вина, ни дворфийского пойла. Это самый важный шаг на пути к возвращению твоей невесты!

– Я тебя только об одном прошу! – взмолился Инфект. – Не называй свой клан сопливо, а? Ну, знаешь, все эти «Рыцари света», «Защитники Тристада», «Лесная братва» и все такое.
– Чем тебе «Лесная братва» не угодила? – притворно возмутился Бомбовоз. – По мне, так крутое название! Только можно не лесной назваться, а поэкзотичнее – болотной…
– Заболотная братва! – расхохотался Инфект. – Может, «Реактивные засранцы»?

– Во-первых, твоя бабушка меня не любит, – начала оправдываться Тисса. – Во-вторых, отец в первую очередь ей начнет звонить, как в тот раз. В-третьих, у Малика полный дом родственников, а в таком бедламе только такие, как Инфект, могут выжить. У Ханга, кстати, не лучше, только еще вонючими специями все пропахло!
– Полегче, сестренка! – упрекнул Бомбовоз. – Когда ты пожирала димсам и свинину в медовом соусе, что-то я от тебя таких претензий не слышал!

Я, конечно, все пропил, даже разум, но доспехи и меч сохранил.

О да! В выражениях никто не стеснялся. Это была не песочница, и ненормативная лексика лилась с обеих сторон, но самые яростные проклятия как в наш адрес, так и в сторону противников, изрыгал Виталик. Благодаря встроенному переводчику, я постиг значение многих русских слов, но все они означали или половые органы, или акты, с ними связанные. Что удивительно, совершаемые в немыслимых – да вообще нереальных физиологически! – позициях.

Четыре праздничных выходных дня пронеслись как один. В четверг к нам пришли гости и смели со стола все, что наготовила мама. Хотя «наготовила» звучит слишком громко, это заняло у нее не больше часа: она просто «развернула» в кухонном комбайне премиальный кулинарный набор «День благодарения» стоимостью всего девяносто девять фениксов. Стол, не считая прочего, украсили запеченная индейка, картофельное пюре, сырная запеканка с кукурузой и тыквенный пирог.

Чтобы отвлечься, я попробовал связаться с Евой, но ее комм был недоступен. Тогда я с головой ушел в физику. «Квантовая теория систем с бесконечным числом степеней свободы…»
Захватывающее чтиво.

Окончательно психанув от тупизны Майлорда, Виталик обругал того падшей женщиной и гомосексуалистом одновременно, а Карамбу и Диггершу неострыми вагинами, совершенно утвердив меня в мысли, что русские дьявольски изобретательны

Сон — важная составляющая развития и восстановления организма, так нам рассказывала мисс Калинович. Во сне мы растем, во сне обновляются клетки, а мозг стирает неважную информацию, структурирует оставшуюся и дефрагментирует содержимое. Последствия последнего мы видим в своих грезах, кои мисс Калинович назвала отражением действительности.

— Кто-то из новых божков, коих развелось больше, чем может себе позволить один мир с ограниченным объемом энергии.

Это был тупик, но не конец.