Комиссар, часть 2. Орудия войны

После первой книги мне казалось, что этот цикл прежде всего о столкновении двух идей. Комиссар Александра Гинзбург и полковник Андрей Щербатов искренне хотят изменить страну, но каждый видит ее будущее по-своему. (Мой отзыв на первую книгу цикла)

Во второй книге история становится гораздо глубже. Она уже не только о противостоянии идеологий, а о том, что происходит с человеком, оказавшимся в самом центре исторического водоворота. Хотя и первая книга тоже об этом, но вторая раскрывает этот момент более глубоко, если можно так выразиться.

Еще в первой книге была фраза: «Вступая в революцию, ты знаешь, что она заберет тебя без остатка». Но после второй книги мне кажется, что это правда, и в то же время не вся правда. "Да, но нет!" — если использовать любимое выражение главной героини Саши Гинзбург. Правда в том, что если к тебе пришла революция, то ей совершенно безразлично, хочешь ты в нее вступать или нет. Она тебя в любом случае сожрет. Разница лишь в том, что ты сам будешь делать — бежать и прятаться, бороться или пытаться поймать революционную волну, чтобы не утонуть.

Вот Саша уже вторую книгу подряд пытается эту волну поймать и оседлать. А та несет ее куда-то и раз за разом отнимает всех, кто ей дорог. Родительскую семью, любимого наставника, приемного сына... И даже любимого мужа она вынуждена будет оставить, чтобы использовать свой призрачный шанс прекратить происходящий кошмар.

Очень точной показалась мне цитата Саши о том, что с ней происходит:

— А я с тех пор и не живу. Я работаю.

Вообще именно диалоги стали для меня одной из самых сильных сторон этой книги, да и всего цикла в целом. Здесь совсем нет так называемой воды. Каждая фраза работает на раскрытие героев, их взглядов и общей идеи произведения.

Приведу в пример разговор о том, что значит быть женщиной. Саша отвечает как убежденная революционерка, а ее собеседник тут же спорит с ней. И мне кажется важным даже не то, кто из них прав. Важно, что этот спор так и не закончился. Прошло больше ста лет, а похожие аргументы звучат и сегодня.

– А что значит быть женщиной? – полюбопытствовал Вершинин. – Просвети же мужлана, Александра, не сдерживай себя.

– Ну, это значит быть эксплуатируемым классом даже внутри эксплуатируемого класса.

– Так и знал, что лишь мертвая марксистская догма будет мне ответом!

Не менее сильной мне кажется и фраза, обращенная к Саше другим собеседником:

... У тебя нет ничего своего: нет народа, нет веры, нет мужа, нет ребенка, нет даже имени.

Жестокие слова, но очень точно описывающие ее судьбу.

Постепенно меняется и взгляд самой Саши на происходящее. Если в первой книге главным казалось столкновение двух идей, какая из них сборет другую, то во второй становится понятно, что все гораздо сложнее. Пока люди гибнут за свои убеждения, всегда находятся те, кто ловит рыбку в мутной воде. Но мелкие щучки — далеко не самое страшное. Оказывается, есть и настоящие акулы, которым выгодно, чтобы гражданская война не заканчивалась. Они поддерживают конфликт, снабжая оружием обе стороны, и получают за это ресурсы страны.

Именно это осознание становится для меня главным этапом взросления Саши. Она понимает, что может и не суметь ничего изменить. Но если у нее существует хотя бы призрачная возможность остановить эту бойню (именно у нее!), она обязана попытаться.

Очень понравилось, как раскрываются персонажи. Князев и Аглая — крепкие профессиональные военные. Антонов и Лекса — люди, которых война сделала солдатами. Вершинин и Белоусов оба офицеры, оба помогают Саше, но делают это совершенно по-разному. Вершинин прежде всего ищет личную выгоду, а Белоусов помогает потому, что иначе не может, из любви и сострадания.

И тут название книги раскрывается особенно точно. «Орудия войны» — это не только оружие. Это люди. Все они становятся частью огромного механизма, перемалывающего человеческие жизни. Но при этом каждый сам выбирает, каким именно орудием ему быть.

Еще хочется отметить Веру, сестру Щербатова. Во второй книге ее не так много, но она сразу запоминается своей способностью обо всем составлять собственное мнение. Если для Саши главным остается идея равенства возможностей, то Веру больше интересуют работающие механизмы, которые позволяют раскрыться самым талантливым людям. У них очень разный взгляд на мир. Но одинаковая привязанность к близким людям и готовность ради этой привязанности пойти на многое.

А еще снова меня до глубины души поразило появление образа Григория Распутина. Опять не в человеческом облике, а через воспоминания другого персонажа. Совершенно неожиданный воэтоповорот, который при этом удивительно органично вплетается в эту альтернативную ветку истории.

Как и первая книга, вторая получилась очень монолитной и насыщенной. Каждый сюжетный ход, каждый диалог, каждый персонаж работают на общую идею. Для меня эта идея — о том, как неотвратимо взрослеет и меняется человек, попав в водоворот исторических процессов. И даже фантастическое допущение, на котором построена альтернативная ветка истории, в конечном счете работает именно на это.

И я на этот раз не стала делать перерыва и сразу же прочитала третью книгу. То есть я уже знаю, чем закончился весь цикл. Но вторая книга, о которой я сейчас пишу, войдет в личный топ года.

Такой вот немного сумбурный отзыв у меня получился. Невозможно описать каждую небольшую деталь сюжета и каждого героя, участника охватившей огромную страну трагедии. Каждая личная трагедия маленьким ручейком вливается в огромное море. Каждое горе отзывается болью. Читать было больно.

Вторая книга цикла в жанре альтернативной истории "Комиссар" с одной стороны придерживается еще в значительной мере известной нам с вами истории Гражданской войны, с другой - уходит от нее всё дальше, следуя логике альтернативного поворота и всего, что последовало за ним.

То, как преломляется история в свете новых обстоятельств, становится отдельной интригой романа.

Но, обо всем по порядку.

КАРТИНА МИРА

События подхватывают читателя там, где оставили его в конце первого тома. Полковой комиссар Саша Гинзбург осталась совсем одна и уже в силу одного этого была вынуждена резко и быстро повзрослеть и начать принимать самостоятельные решения.

Революция, какой ее знаем мы, подавлена Щербатовым и его Новым порядком, демоном контрреволюции, которого Саша создала собственными руками. Остатки революционных сил пытаются выжить в лесах Тамбовщины. России грозит интервенция. Казаки планируют отделяться. Ситуацию может спасти только золото партии.

Во все времена, когда какая-то страна погрязала в междоусобной войне, ее соседи использовали это в собственных интересах.

Прекрасно знакомые исторические маркеры. Расставленные чуть-чуть иначе, они рисуют уже совсем иную картину.

СТРУКТУРА СЮЖЕТА

Если в первом романе явно шла идейная борьба, то второй том выходит на духовный уровень. Таким образом первая книга выступает своеобразной экспозицией, где все персонажи определяются с тем, за что же они ведут борьбу, а вторая становится развитием действия, где, окончательно утвердившаяся в собственных убеждениях и прошедшая искушение Щербатовым Саша обращается к той силе в себе, которая и ей самой не вполне понятна и подвластна.

Этот переход с ментального на духовный, даже где-то эзотерический уровень выглядит очень изящно и вполне логично. Герои сталкиваются в итоге с совершенно иными морально-этическими вопросами, не возвращаясь к тому, что уже пережевано и решено в томе первом.

Юдифь учила меня каждое утро сминать лист бумаги, а каждый вечер распрямлять его - и так же восстанавливать себя.

Открывается новый слой проблематики, интерес к повествованию не угасает. Мистическая составляющая становится сильнее, плотно переплетаясь с верованиями хлыстов.

ХАРАКТЕРЫ

В центре внимания по-прежнему остается комиссар Саша Гинзбург, Выпуклее проявляются и Щербатов, и его сестра Вера. А вот такие персонажи второго плана как Лекса, Аглая или Князев, хорошо раскрытые в первом томе, несколько бледнеют, становятся более функциональными - во втором.

Это, впрочем, не удивительно. Автор вводит целый ряд новых действующих лиц или подробнее прописывает уже знакомые по первой книге характеры. Легкие наброски становятся более детализированными портретами. Казалось бы уже знакомые персонажи раскрываются вдруг с неожиданных сторон, оказываются сложнее и многограннее, чем выглядели поначалу.

КОНФЛИКТЫ

Арки главных героев, векторы их развития в принципе остаются теми же. Хотя для комиссара ее конфликт выходит на качественно новый уровень.

Глобальные

Революция терпит поражение. В продолжающейся гражданской войне комиссар пытается сохранить то, что осталось от полка Князева как боевую единицу разбитой Красной армии. Сделать это среди банд, бесчинствующих в лесах Тамбовщины, не так-то просто. Необходимость сохранять воинскую дисциплину становится как никогда острой и вынуждает идти на крайние меры.

Однажды мы так или иначе ответим за то, что делали. Неважно, насколько наши действия были оправданы интересами революции. Они остаются чудовищными. Когда за нами придут, будь это хоть через десять, хоть через двадцать лет, даже если предлог будет другой, в глубине души мы будем знать, за что.

Одновременно людей нужно кормить, вооружать, ради чего заключаются весьма сомнительного толка союзы и сделки.

Межличностные

В этой книге комиссар снова пытается найти точки соприкосновения, повлиять и склонить на свою сторону командира крупного воинского подразделения. Только это уже не Князев, но гораздо более дикий, склонный к махновщине эсер Антонов, которого за глаза зовут атаманом.

Задача оказывается несколько более сложной, тем более после того, как партийная верхушка большевиков была так или иначе уничтожена, и комиссар не чувствует больше никакой поддержки из переставшего существовать центра.

Изрядно прореженный полк Князева вливается в почти бандитскую среду, и Аглая идет на открытое противостояние с комиссаром, заставляя Сашу принимать не самые простые и приятные решения.

Прошедшие гражданскую войну люди понимают только язык насилия.

В этом томе меньше боевых действий, но гораздо больше политики и тонкой дипломатии. И не всегда понятно, кто на чьей стороне, и кто - истинный союзник.

Некоторые сделки - как, например, сделка с казаками Топилина - настолько чудовищны, что заставляют комиссара усомниться в том, что она делает, порождая серьезный внутренний конфликт.

Революция, ради которой идут на все, перестает быть той революцией, ради которой стоило идти на все.

Щербатов тоже сталкивается с неожиданным противостоянием. Как идейный лидер Нового порядка и как мужчина. Ему бросают вызов и соратники, и женщина, с которой он всерьез думал связать свою жизнь. Это полнее и глубже раскрывает характер персонажа.

Показанный тут в отрыве от Саши, практически не контактирующий с ней, он становится более самостоятельной фигурой. И принимает решения, где-то идущие против совести.

Внутренние

Первый том цикла начинается с того, что Щербатов пытается завербовать Князева, видя в нем будущего грозного противника и стремясь сделать из него союзника. Неудачная попытка приводит к предсказуемым последствиям, Князев становится опасен для Нового порядка, и Щербатов переступает через их общее с Федором прошлое и через элементарные законы чести, идя на сделку с совестью.

Борется Щербатов и с еще одним искушением, покончить разом с так бесцеремонно вторгшимся в его жизнь комиссаром. Его останавливает лишь просьба сестры, Веры.

Не достаточно одаренная, Вера с лихвой компенсирует этот свой недостаток упорством, целеустремленностью, систематическим подходом и готовностью идти на жертвы.

Более сильный и опытный месмерист чем Вера Щербатова, комиссар Саша Гинзбург все равно не в силах сломать выстроенную Новым порядком систему. Именно в силу того, что она одна вынуждена противостоять разветвленной организации. Для того, чтобы сделать это, она должна не только окунуться в то, во что в принципе не верит - ритуалы хлыстов - но и оставить человека, которого по-настоящему любит.

В первом томе комиссар показала себя как человек, личность которого твердо стоит на вполне ей понятных революционных идеях, и Саше действительно приходится перешагнуть через себя, чтобы от научно обоснованного и понятного ей месмеризма перейти к религиозным практикам хлыстов.

...человек, который жертвует своей душой ради других людей, служит Богу, а не дьяволу.

Но, пожалуй, интереснее всех показывает себя Вершинин, такой, казалось бы, простой и незамысловатый стяжатель плотских удовольствий, думающий лишь о себе, в финале он приоткрывается с совершенно неожиданной стороны, демонстрируя один из сложнейших внутренних конфликтов. Сильное решение для по сути слабого, эгоистичного человека.