Ярга

Волк снова фыркнул и прищурился. – Ну, а ты кто такая будешь? Ярга промолчала. Она знала: с нечистью говорить нельзя, а уж тем более называть своё имя. Имя – ключ к душе.

любовь законам не подчиняется, особенно материнская.

Жила-была одна девица. Нарекли её родители Яргой – Весенним Солнцем. Нарекли да и померли. И оставили бедную Яргу одну-одинёшеньку на всём белом свете, среди чудищ и людей, которые порою пострашнее чудищ. Вот о ней и будет моя сказка…

- Я бы умер за тебя, если бы мог. - Его шепот вызвал такое головокружение, словно она взбиралась по узкой тропке в отвесных Ясеневых горах.

- Неведомо только зачем, - выдохнула Ярга.

главный тот, кто сильнее. Да только, помимо главного, обитают в Дремучем лесу и другие создания – те, с кем встречаться не пожелаешь ни днём, ни тем более ночью.

"Если влюбишься, подумай как следует, стоит ли человек твоей любви. Но уж если решишь, что стоит, не отступай, на полумеры не соглашайся, борись за своё счастье изо всех сил".

– Маменька говорит, я богатырём расту. – Мальчик гордо задрал нос.

Баба Яга усмехнулась, возвратившись к делам.

– Богатырь, – фыркнула она. – Воды не смог мне натаскать, только на суп и сгодишься.

Причин никто не ведал, но дорогу в чащу предпочли позабыть. Да и что там делать простому смертному? Нечисть разорвёт, нежить косточки обглодает. Милости искать нечего, не проймут никакие мольбы.

Хватайся за шею, не удуши только, вот так, – командовал серый зверь. – Крепко цепляйся. Если будешь падать, кричи, только до того, как упадёшь, договорились?

Дремучий лес для одних становился тюрьмой или местом погибели, а для других – родным домом, где всякий зловредный дух тебе рад-радёшенек.

Были тропы, по которым можно бродить всю жизнь, состариться, но так никогда и не пересечь лес с одного края до другого, а были и те, что за час или два приведут тебя куда задумаешь. Ярга уже ничему не удивлялась. По такой тропе она шла, когда впервые оказалась в чащ

Не стремись узнать чужие тайны, покуда своих не накопила.

– В детстве я думала, что ёлки и вправду вечнозелёные, никогда их иголки не вянут и не облетают, как листья на прочих деревьях. А потом однажды глянула себе под ноги и разочаровалась. – Ярга смущённо улыбнулась, расплетая косу, чтобы волосы хоть немного подсохли.

– С людьми так же. – Див выбрал место посуше и бросил туда их котомки. – Ты думаешь, что они чудо как хороши, а потом с них тебе под ноги сыплется обманчивая труха.

Страшно – бей первой, – а потом добавил: – Но коль ударила, уже не жалей.

– Я просто ищу своё место. – Потом подняла глаза к солнцу, зажмурилась и добавила совершенно искренне: – Место и немного счастья.

Царица точно что-то задумала, уж слишком легко отступилась. Или подвенечное платье дошивает, или топор точит, но всяко не спит.

"Любовь законам не подчиняется, особенно материнская".

"Из хорошей дружбы порою вырастает больше, чем из бурных чувств".

"Любой способен на ошибку и может заслужить прощение, своё собственное в первую очередь".

Однажды Ярга услыхала надрывный детский плач. В другой раз, когда чаща вокруг сделалась совсем уж сумрачной, перед ней встала женщина в белом. Та глядела исподлобья и не шевелилась, лишь сквозь неё просвечивали ветки. Ярга заговаривать с ней не стала – не знала она ни молитв, ни имён в своём роду, которые могли бы уберечь от злого духа, поэтому просто покрепче стиснула ручку корзинки и прошла прямо сквозь привидение, а когда оглянулась, позади не увидела никого.