Safdil

Напоследок, выведенный из терпения этим шумом, он [гурон] сказал тоном довольно спокойным:
– Господа, у меня на родине принято говорить по очереди; как же мне отвечать вам, когда вы не даете возможности услышать ваши вопросы?

[ПРИМЕЧ. Гуроны — группа индейских племен в Северной Америке].

Казалось, он руководился правилом милорда Болингброка: «Nihil admirari» - (ничему не удивляться).

Он [приор] довольно основательно знал богословие, а когда уставал от чтения блаженного Августина, то тешил себя книгою Рабле...

Чтение возвышает душу, а просвещённый друг доставляет ей утешение.

– С людьми здесь обращаются, как с обезьянами: бьют, а потом заставляют плясать.

Душа убивала тело. Мысли, обуревавшие ее, вливали в вены страдалицы отраву более губительную, чем яд самой лютой горячки.

Истязать несчастных – на это всегда хватает рук, а мало кто протягивает руку помощи.

...мне кажется, что судьбой моей распоряжался не бог, а дьявол.

...но сам он часть ночи провел за писанием стихов к возлюбленной на гуронском языке, ибо надобно помнить, что нет на земле такой страны, где любовь не обращала бы влюбленных в поэтов.

- Выходит, в этой стране нет законов? Здесь можно осудить человека, не выслушав его…

– Если бы под грудой доводов, которые обсуждаются столько веков подряд, таилась некая единая истина, ее, несомненно, открыли бы и хоть на этот счет все на свете пришли бы к согласию. Будь эта истина нужна, как солнце нужно земле, она и сверкала бы, как солнце.

История, по-видимому, только тогда и нравится, когда представляет собой трагедию, которая становится томительной, если ее не оживляют страсти, злодейства и великие невзгоды. Клио надо вооружать кинжалом, как Мельпомену.

[ПРИМЕЧ. Клио – муза истории, Мельпомена – муза трагедии].

ПРОСТОДУШНЫЙ: Я вспоминаю великое множество людей, покинувших одно полушарие и убитых в другом или потерпевших кораблекрушение в пути и съеденных рыбами. Что-то я не вижу во всем этом благих предначертаний божьих.

ПРОСТОДУШНЫЙ: Мои американские соотечественники ни за что не допустили бы такого варварского обращения, какое я сейчас терплю: им бы это просто в голову не пришло. Их называют дикарями, а они хотя и грубы, но добродетельны, тогда как жители этой страны хотя и утонченны, но отъявленные мошенники.

что приносит облегчение телу, то облегчает и душу

У людей, сильных духом, если им свойственна нежность, чувства проявляются более бурно, чем у других.

Мы только тогда умираем равнодушно, когда возраст или болезнь, притупляя наше понимание, уподобляют нас животным. У кого великие утраты, у того и великие сожаления; если же он заглушает их, стало быть, вплоть до объятий смерти хранит в душе тщеславие.

Почти все большие несчастья оказываются следствием нашего необузданного корыстолюбия.