Там темно

У одного человека было две семьи. Нет, не одновременно, впрочем - некоторое время, действительно, одновременно, так бывает, когда любовь к одной женщине уже умерла, но остается привязанность, общие дела, имущество, и главное - дочь; а с другой яркие чувства, нежность и уже тоже дочь. Но потом они с первой женой развелись, интеллигентно и цивилизованно, многократно уверив девочку, что папа и мама любят ее, хотя не живут вместе (в полном соответствии с заветами "Улицы Сезам" из девяностых). И папа Киры стал папой Яси, то есть, он навещал, проводил время, как-то даже заговорил с девочкой о сестренке, но тотчас понял, что не встречает отклика, и форма прощания, не проговариваемая, но подразумеваемая "еду к (имя)" сменилась у них на "еду в (город). Папа у Киры с Ясей был чуткий. Был, потому что теперь он умер.

Он умер, а дар, переданный дочерям по наследству и причудливо среди них распределившийся, остался. И с этим надо учиться жить - с отсутствием отца, и с тем, что в них от него. Кира и Яся разные, насколько вообще могут быть разными два человека. Интравертка Кира с дипломом филфака работает в хостеле, не любит, когда к ней прикасаются, мечтает написать книгу, боится не суметь. Яркая ясность Яси, стоит ей заговорить, заполняет собой любое пространство - есть люди с даром златоуста, из таких получаются интернет-гуру и успешные стендаперы. Яся ни тем, ни другим стать не стремится, вообще не принимает социально навязанных стандартов. Прикасаться к собеседнику во время разговора естественно для нее как дышать. Младшая полу-сестра заканчивает школу и приезжает в город, где живет старшая. Зачем? Есть причины.

"Там темно" прозаический дебют Марии Лебедевой, которую мы знаем как литературного критика и соведущую подкаста "Девчонки умнее стариков". Работа над книгой велась в писательских резиденциях Переделкино и АСПИР, а выходом в Редакции Елены Шубиной она обязана тому, что Елена Даниловна вошла в переделкинскую библиотеку во время чтения участниками своих текстов. В определенной степени это еще и история о том, что в современной России при толике везения работают социальные лифты.

У романа довольно высокий порог вхождения, Лебедева не заигрывает с читателем, сквозь тугую мембрану первых страниц нужно продавить себя, но когда это происходит, оказываешься в уютном, и вопреки заглавию, светлом романном пространстве. История рассказывает о сестрах попеременно, исподволь подводя читателя к пониманию, что общего у них больше, чем может показаться. Ядро личности обеих девушек - неприятие пошлости, с которой привычно мирится большинство из нас, отторжение на физическом, физиологическом уровне. Часть этого мироощущения - названия глав в форме отрицательных ответов опросника по выявлению депрессии: "У меня не потерян интерес к другим людям", "Я не чувствую никакой особенной вины", "У меня нет мыслей о самоповреждении", etc, как ироничный отклик душевно здорового человека на поток self-pity с расковыриванием ран, льющийся с книжных страниц.

"Там темно" по-настоящему смешная книга, Маша Лебедева подмечает детали повседневности, которые примелькались, умеет развернуть их под углом, делающим очевидным абсурд. Позволяет увидеть крошку Цахеса таким, какой он есть и посмеяться, дистанцируясь от нелепости. Язык романа замечательно хорош, словесный эквилибр и Овеществленные метафоры, вроде маршрутки в час пик как "Сада земных наслаждений".

Яркая необычная умная и забавная книга о том, как искать и находить не то, что нас разделяет, а то, что соединяет.

Встречал на книгу очень благожелательные отзывы, а ознакомившись с рецензией уважаемой majj-s, решил прочесть. Но не дочитал, абсолютно не мое оказалось.
Дар слова у автора присутствует, тут сомнений никаких. Чувствуется и старательность, с которой сделана книга. Но сколько же здесь манерности, не очень ловких попыток играть словом и смыслом, интересничать и "давать нестандартную подачу". История двух сестер могла бы стать удачной, задел тут есть, задумка в целом неплохая. Но реализована она так, что я не смог, хоть и старался. Девочки так у меня и не ожили, я не смог их представить. Тема с птицей оставила в недоумении, не понял замысла. Построение взаимоотношений в романе какое-то нездоровое, меня в какой то момент начал раздражать процесс чтения, не шло восприятие, все казалось ненастоящим и притянутым.
Судя по большому количеству благосклонных рецензий, критике и благожелательному настрою в целом, свой читатель у книги будет, да уже есть по большому счету, к тому же такая поддержка от известных книжных блогеров и журналистов. Не удивлюсь, если произведение станет лауреатом или попадет в лонг лист чего-то известного, а м.б. и в шот-лист.
Но "не для меня".

У меня были высокие ожидания от этого романа, ведь аннотация такая заманчивая. Но увы, с первых строк (да, я читала ознакомительный фрагмент, но всё равно хотела) я поняла, что книга всё-таки не моя. Язык — то почти самое главное, что определяет моё мнение о романе. Сюжет может быть дурацким и избитым, глупым или откровенно дебильным, но если он подан взахлёб, я могу многое простить.

Здесь я продиралась сквозь текст, я мучилась, и нет, мне не стало легче после 50 страниц. Авторский стиль мне совершенно не подошёл.
При этом сам роман интересный — мог бы быть. Погибший отец, две сестры от разных браков, какие-то бытовые семейные моменты вроде свадьбы, миллионы ненаписанных слов, стопки блокнотов для этих самых слов, грозящих обвалить шкаф. Толика магического реализма.

Но я рада, что книга нашла своих почитателей.

Книга «Там темно» – литературный дебют. Автор Мария Лебедева, ранее известная как литературный критик, издала свою первую повесть.
Критики, как принято считать, довольно часто думают, что они выше критикуемых писателей. Критики, порой как судьи, при разборе произведений, обычно или снисходительны к авторам или, наоборот, строги к их произведениям. Но сами сделать, написать и показать всем «как надо» они не могут.
М. Лебедева, тот редкий случай, когда критик сделал продемонстрировал всем – как надо.
Мария из Твери, сейчас проживает в Великом Новгороде, она кандидат филологических наук и выступала когда-то в роли соведущей известного подкаста «Девчонки умнее стариков».
В своих статьях на разных ресурсах она пишет о детской литературе в русском понимании, о жанре young adult, который, по сути, лишь категория изящной словесности для детей и молодых взрослых (15-25 лет). «Фанфики для подростков», «как «плохие фанфики» становятся эмпатическим чтением», «наша инфантильная детская проза», «детство, как время зарождения комплексов и страхов», «человек или «носитель мнений», «блогерство и критика» и т.п. интересные темы для милленеалов. В литературе Марией Лебедевой приветствуются: «иной язык, совершенно другие точки зрения, многослойность аллюзий».
Повесть о двух девушках, сводных сестрах по отцу. Отец, оставил семью, когда Кира была совсем маленькой и ушел к другой женщине. Во второй семье родилась Яся. Девочки никогда в жизни друг друга не видели. Кира постарше Яси лет на десять, а Яся – школьница. И вот Яся приезжает на поезде из провинциального города к Кире. Она стремится встретиться, пообщаться с сестрой. А Кира живет в городе на Неве, работает в хостеле. И ей, как будто, это не нужно
Вот и весь сюжет.
Девочки довольно разные. Кира – спокойная, погруженная в себя, глубокий интроверт. Тоска, стыд, вина – ее постоянные чувства. Рядом с ней вязкая, проникающая темнота. Кира в постоянной борьбе с депрессией. Даже названиями глав книги являются, видимо, Кирины ответы на вопросы психологического теста для людей, подверженных депрессии. Отец ее, не состоялся как писатель, но дар писательства, кажется, есть в Кире, Она пробует писать.

Яся – подвижный и беспокойный ребенок, вместе с ней в поезде едет большая белая птица в клетке.

Счастье человека – это очень часто его детство. Оно как большая белая птица. Когда оно-она в клетке в руках девочки, то это немного смешно, бесполезно и иногда нелепо. Но стоит выпустить ее из клетки, как птица в одно мгновение улетит и не поймаешь. И тогда становится понятно, что выпустили и лишились, может быть, самого важного в жизни. И темнота становится совсем рядом.
А может быть белая птица, такая несуразная в клетке, это та самая «жажда жизни», которой у девочек нет. Которую пожрала темнота. Не случайно же белая птица всегда знает, что происходит.
Яся поселяется в хостеле. Она хочет встретиться с Кирой, но Кира запирается в квартире и не пускает Ясю. У читателя нет никакой уверенности, что Яся реальна, что она не плод фантазии Киры. Темнота прижимается к ее виску.
Но человек человеку – свет. И наверно это Кира скоро будет искать встречи с сестрой, живущей в далеком провинциальном городе. Чтобы найти свет от близкого человека.

Прекрасная книга, полная с избытком аллюзий, метафор, голосов из глубин сознания, многослойная, с по-особенному тонким, поэтичным языком.

В современной русскоязычной прозе с каждым днем звучит все больше молодых женских голосов и нецентральных регионов. Мария Лебедева, литературный критик, в своем дебютном романе отправляет читателя предположительно в Тверь, откуда родом, — город, который в дождь становится куда ближе Питеру, нежели Москве.
В любом произведении важны первые слова, и роман Лебедевой начинает звучать еще с содержания: оно представлено в виде утверждений из опросника по самооценке депрессии и помогает подстроиться под авторский шаг и привыкнуть к юмору.

Крошечная по объёму и глубокая по смыслу история, атмосферой напоминающая "Валсарб" Хелены Побяржиной. Но, как и в случае с книгой белорусского автора, роман Марии Лебедевой не каждому дастся.

Не считайте меня, пожалуйста, снобом, но очень многие скажут об этой истории "не моё", просто потому, что так и не войдут в неё. Не продерутся через витиеватый язык, не привыкнут к нему, не проникнутся мелодией это светлой, несмотря на её название, истории.

Кира - интроверт. Она закончила филологический факультет и работает в хостеле. Она очень не любит, когда её трогают. Её мечта - написать книгу, но при этом она дико боится, что у неё ничего не получится.

Яся - экстраверт и лидер по натуре. Она болтает без умолку, притягивает взгляды и всегда находится в центре всеобщего внимания. Она учится в школе.

Что общего у этих девушек? Отец. Просто, сначала он женился на матери Киры и в семье появилась дочь. А потом полюбил другую женщину - и в новой семье тоже появилась дочь. И хотя все вроде разошлись мирно, но Кира Ясю не любит. А Яся не может этого до конца понять. После смерти отца она приезжает в город к Кире... обеим девочкам предстоит жить с даром, доставшимся им от отца. И это очень важно.

Книга пишется параллельно -то в центре Кира, то Яся. У обеих в голове чехарда, но книга затягивает. И оторваться от неё трудно. Послевкусие - что это я иакое прочитала,а? Хотя было здорово!

Жанр.Реализм + чуточку магии.

Язык. Гипнотический, хочется цитировать.

Что напомнило из книг. "Книжного вора" Маркуса Зусака из-за общего вайба и игры с читателем. "Серебряный воробей" Тайари Джонс из-за знакомства настолько разных единокровных сестёр.

Что возьму из книги в жизнь. Не все умеют говорить то, что им важно, но можно всех попытаться понять.

TW: думаю, нет.

Особенности. В книге чёрные страницы, когда героиня погружается в переживания. Разный шрифт, передающий громкость и настроение.

Голоса в голове галдят. Кто останется, если я их прогоню?

Инсинуация на тему черноты человеческой души и неизведанных травматических глубин, чью гладкую поверхность холят и лелеют. До момента, пока писательница не решает нас в эту воду окунуть. С головой. Чтобы голоса Киры и Яси галдели наперебой, рисуя окружающий мир во всё более тёмном цвете страница за страницей, увеличивая размеры хищной белой птицы, рассасывая, как конфетку эмоциональный ущерб, причинённый каждой их общим отцом. Это исповедь нелюбимых дочерей в нелюбви друг к другу и к жизни.

Форма превалирует над содержанием. Переживания девочек описаны крупными мазками, силуэт не разберёшь. В целом, получилась красивая мешанина, от которой кровь стынет в жилах. Безысходность. Нелюбовь. Будучи ребёнком холодного отца, я вполне могу понять необъятность боли, которая приехала ко мне не погостить, а навсегда, и с которой психологам не справиться. Но так причмокивать, описывая бездну - увольте. Не лучше ли хоть как-то облегчить себе жизнь вместо того, чтобы с щебетанием плавать в сгущающейся травматике и бесконечно анализировать прошлое, ныряя в доселе неизведанные уголочки памяти, которые вообще никогда не стоит раскапывать. Со всем ли нужно работать? Всё ли нужно вспоминать?

Обо всём ли рассказывать, прилепляя одну эмоцию к другой, чтобы получилась крепкая ниточка, на которой не грех и повесить свои большие надежды на счастливую жизнь. Мне не понравилось это воспевание. Я не хочу ещё и книги об этом читать.