Хотеть касаться

– Эй, принцесса, – она толкнула девушку бедром. – Пропусти Белоснежку, она хрен знает сколько лежала в гробу без поцелуя.

Она отступила к подоконнику, присела на его край и прикончила остаток мартини. Влезла в галерею и отправила в чат самый чёткий из пяти кадров. Принц, панталоны, лосины, корона…

Галочки позеленели, сквозь Джо Кокера проступил сигнал сообщения.

«Мать моя…» И еще одно: «А ведь я предлагал свои щёчки…»

– Это хорошо.

– Что именно? – негромко проговорил он.

– Что здесь не спрятана грустная история о загубленных надеждах.

Он положил мобильник на джинсы, подхватил и набросил на плечи следующую рубашку. На сей раз чёрную. В цвет возможного траура по своей холостяцкой жизни.

– Пятнадцать пачек? – он на автопилоте снял с сушилки чашку и открыл банку с чаем.

– Ага, – коротко бросила она.

В мыслях отчётливо предстал образ брюнетки с алыми губами, держащей в зубах квадратик из фольги. Чё-ё-ёрт!

– Стесняюсь спросить… – Рик всыпал в чашку щепотку заварки. – Хотя нет, вообще-то, не стесняюсь! На хрена так много?! – он нервно стряхнул прилипшие листья с пальцев.

Люси: «Помни: я, он, река, тонуть».

– Хм… – выдал он, взмахнул рукой и потёр подбородок. – Вроде бы ничего такой.

– Вроде бы… – Айда прикусила губу.

– Крупный лось, – Люк наклонил голову, теперь рассматривая фотографию под углом. – Вы замутите, ты возьмешь его в долю, он начнёт таскать для тебя тяжести, и Добби наконец станет свободен, – изрёк он, переведя на неё взгляд.

– Это ревность?

– Прости, конечно, – пацан привалился плечом к откосу, – ты моя хозяйка, богиня и королева красоты, но… ты долбанулась, Айда? А если у него зубы в два ряда, как у акулы?

«Ты такой несамостоятельный, что без сестры жить не можешь?»

Впившись взглядом в экран, она сильно растерла мокрой ладонью лицо. Такого провала в жизни ещё не было. Господи… Почему на её пути попадаются сплошные инфантилы?!

Телефон завибрировал.

«Мне тридцать два. А сестра ушла от мужа прямо на мой диван».

А вот теперь уже можно и подумать, какого хрена она творит. Айда прочесала пальцами мокрые волосы и закрыла глаза. Во всём виновато совиньон-блан, однозначно. Ну и горячая расслабляющая вода, возможно. Иначе как объяснить, что она только что сделала?

Люк, на удивление, больше не стал спорить: одним глотком допил чай и не спеша вышел из комнаты, покачивая крепким задом в джинсах. Айда всё-таки ухмыльнулась вслед этой явной демонстрации. Симпатичный он. Жаль только, слишком позднего года выпуска.

– Убила кого-то? – Люк отбросил кисть в ведро с клеем. – Я помогу утопить куски в Эйвоне, только скажи.

Готово. Одно салатовое кресло переделано, осталось собрать все запчасти и сделать из них единую конструкцию…

– Конечно, поможешь, – Айда хмыкнула и поправила на лбу бандану. – Ты же мой мальчик для битья. У каждой престарелой кобры должен быть такой.

Уверенные в себе девушки не ждут принца на коне. Они идут искать другого, лучше и пунктуальнее.

– Ладно, мне тут нужно позвонить сестре. Она сбежала из дома, когда увидела меня с перфоратором.
– Уф-ф-ф… – неясно выдохнула Америка.
– Сестре смешно не было.
– Я не смеюсь, – бархат в её голосе будто огладил кожу. – Покажешь себя с перфоратором?
Господи… Горло снова сдавило.
– Ты что угодно способна превратить в прелюдию?

Отличная гимнастика: тренирует тело, закаляет дух, учит новым матерным словам

Во сне все неудачи кажутся несущественными .

Лучше быть одной, чем рядом с идиотом.

И тут вмешался Рик. С таким простым и в то же время забавным предложением почесать щёчки. Но оно ведь правда забавное! Никто еще не предлагал ему почесать щёчки. В трусах почесать – о да, было. И не раз. А вот щёчки…