- Я думала, ты ей сказал, что вы совсем расстались.

• Я сказал. Но она дура.
• А чего же ты с ней встречался раз она дура?
• Так маскировалась хорошо.

- В тот день, когда я влюблюсь, прошу считать меня дебилом.

- А я то все думаю, почему ты меня избегаешь.

• Я тебя не избегаю. Я тебя дозирую.
• Как у тебя это получается?
• Что именно?
• Вроде говоришь таким спокойным и милым тоном, а ощущение, что ты только что послала далеко и надолго.
• Жизненный опыт, наверное.
• Ну да, в двадцать один год, конечно, море опыта.

- Ты чего делаешь? - он увидел как Крис поднимает с земли толстую ветку. - Брось немедленно!
Зловеще ухмыльнувшись, Кристина наклонила голову к плечу и перекинула ветку из руки в руку.

• Не надо! - попятился Крейзи.- Иначе тебе будет больно.
• Ромочка, - завопила Эля. - Что эта чокнутая от тебя хочет?!
• Крис? - на балкон вышел Юлик в трусах и с бутылкой воды. Увидел сестру, выплюнул воду и завопил. - Твою мать, ты что делаешь! Брось каку! Ма-а-а-акс, она байкера бьет!

Юлик, а ты что там делаешь?
Младший сын замер с телефонной трубкой в руках и невинно хлопнул длинными ресницами.

• Я, папа, телефон инквизиции ищу.
• А зачем?- Не понял отец.
• Среди нас ведьма. - Юлик пафосным жестом указал на Олю, Макс нехорошо прищурился. - Одна ночь и наш братец покорен! Его приворожили!

- Кристина, что случилось?

• Я гуляла. - Кристина перевернула ботинок, из него вытекла бурая жидкость, прямо на светлый паркет.
• Нет, ну такое бывает. - бабушка Шура уже спешила с тряпкой наперевес. - Когда долго ни с кем не встречаешься, то начинаешь творить странные вещи.

- Я тебя ненавижу.

• Уже слышал.
• Ты скотина.
• В курсе.
• Тело получишь, ты ж сильнее, но я тебя потом убью.
• Женщина, ты в своем уме?

"Топографический кретинизм" это когда человек может заблудиться в трех соснах. А если еще прибавить рассеянность и природную глупость, то несчастному можно только посочувствовать.
Вот Кристина и сочувствовала. Сама себе.

Девушка наклонилась и осторожно пару раз стукнулась головой о парту. Сидевшие рядом посмотрели с сочувствием: многие тоже не слишком любили философию. Сам предмет, возможно, и интересный, но вот преподаватель обладал талантом преподносить его в самом унылом варианте.

- Ваууууу. - бабушка Шура широко улыбнулась. - Вот это внуки будут!

• О-о-оля?! - Кристина медленно встала из-за стола. - Олечка, ты как тут оказалась? Беги отсюда, тут же дурдом! И это заразно!
• А ну сидеть! - Мама дернула дочь за рукав, вынуждая ее опуститься обратно на стул. - Доброе утро, доброе утро. Садитесь, народ, будем завтракать.

-Ты чего такая бледная? - Аристократы все такие.

"Да ты, кажется, решила меня с ума свести, а? Должен сказать, получается неплохо, я почти готов согласиться стать психом".

Кристина, хватит дуться, ты похожа на хомяка и это ни капли не сексуально.

• Тогда в твоем присутствии я всегда буду надутой. - Пожала плечами девушка, откусывая кусок побольше. - И шашговашивать вот таш бушу.
• Я передумал. - Крейзи как-то многозначительно склонил голову к плечу. - Хомяки тоже могут быть сексуальными.
• Зоофил. - Обеспокоилась Кристина. - Я же тебе сказала, ты ведь понял, да?

- С преподом я еще чай не пил. - Ворчал Юлик. - Давайте я им водки налью, и зачет попрошу сразу поставить. О, и экзамен тоже!

• Пургену туда добавить не забудь.

Иди сюда! – рявкнул Крейзи, видя, что слушаться его не собираются. Улыбка пропала как крышечка от зубной пасты в сливе раковины.

– Я думала, ты ей сказал, что вы совсем расстались.
– Я сказал. Но она дура.
– А чего же ты с ней встречался, раз она дура?
– Так маскировалась хорошо, – Юлиан вздрогнул, услышав голос Макса.

Решив, что Крейзи и братец что-то не поделили, девушка едва не проглотила тюбик, пулей вылетела из ванной и скатилась вниз по лестнице.

Крейзи и Юлик печально замерли над останками большой напольной вазы в египетском стиле.

- Она просто стояла, стояла. - Рыжий прятал меч за спину. Крейзи решил прийти ему на помощь.

- А потом решила полежать, но немного не рассчитала.

На лице Макса было выражение: "мои родственники - идиоты".

В мгновение ока вместо пыхтящей фурии в руках Макса оказалась милая девушка с невинно распахнутыми глазами. Как выразился бы Юлик: "сменила злобную харю на вероломный оскал"