Этот мир подлости и подлога, где разъевшаяся барынька смеет так смотреть на дуралеев-тружеников, а спившаяся жертва этих порядков находит удовольствие в глумлении над себе подобным, этот мир был ему сейчас ненавистнее, чем когда-либо. Он шёл быстро, словно поспешность его походки могла приблизить время, когда всё на свете будет разумно и стройно, как сейчас в его разгорячённой голове. Он знал, что их стремления последних дней, беспорядки на линии, речи на сходках и их решение бастовать, не приведенное пока ещё в исполнение, но и не отмененное, – всё это отдельные части этого большого и ещё предстоящего пути. Но сейчас его возбуждение дошло до такой степени, что ему не терпелось пробежать всё это расстояние разом, не переводя дыхания. Он не соображал, куда он шагает, широко раскидывая ноги, но ноги прекрасно знали, куда несли его.
Ваша оценка
FoxBookReader6 июня 2024 г.
1 понравилось12