Дейзи Джонс & The Six

Кажуть, неможливо зупинити час. Я не погоджуюся. Час може зупинитися – для двох закоханих. Планета перестає крутитися, все завмирає. І ви просто лежите в обіймах одне одного. Принаймні саме таке виникає відчуття. Нехай і рідко. Можливо, не всім щастить таке пережити. Можете охрестити мене останнім романтиком. Бувають і тяжчі гріхи.

Якщо вже спокутуєш свою провину – найперше маєш вірити у власну спокуту.

Наркотики уже не кажутся таким приятным делом, когда после них просыпаешься с засохшей под носом кровью – причем так часто, что оттирать ее по утрам входит в такую же привычку, как и чистить зубы. Когда у тебя постоянно возникают новые синяки и ссадины, и ты даже не представляешь, откуда они взялись. Когда у тебя на затылке уже свалялся колтун оттого, что ты уже не одну неделю забываешь хорошенько расчесать волосы.

Невозможно с кем-то вместе писать песни, о ком-то писать песни, знать, что некоторые песни, которые сам ты поешь, написаны о тебе… и не испытывать чего-то… не чувствовать какого-то притяжения к этому человеку.

О любви ли он? Ну да, разумеется, о любви. Но это лишь потому, что под песню о любви можно замаскировать почти что угодно!

И такие вот работы всегда самые лучшие – те, что, готов поклясться, написались сами.

В мире полно таких вот Билли Даннов. Столько мужчин в мире пропустили день рождения первенца или изменяли жене, или… что еще он там такое делал? Мне жаль так говорить – но это мир, в котором мы живем. Но далеко не многие настолько спаяны творчески с теми, кого они по жизни презирают.

Самоконтроль – наш единственный надежный контроль. И единственное, что от тебя требуется, – это чтобы твои собственные действия были разумны и осмысленны, ибо ты не можешь отвечать за действия других людей.

Однако по некоторым людям нельзя было сказать, что они нюхают или ширяются веселья ради. Были и такие, кто сидел под кайфом потому, что без него, как им казалось, они просто не смогли бы справиться со своими переживаниями. Я глубоко убежден, что наркотическая зависимость подобных людей – это… самая страшная клетка, в которую не следует вторгаться.

Но все же, когда в конечном итоге становишься частью чего-то такого грандиозного и замечательного, как этот альбом… тебе хочется знать: а действительно ли ты был его значимой частью? Тебе хочется верить, что без тебя он бы не состоялся.

Казалось, что бы он от меня ни услышал, какую бы правду о себе я ему ни рассказала – он все был готов принять. Принятие – сильнейший наркотик.

Мне кажется, людям нравится, когда на них навевают грусть и печаль, – но никто не любит, когда их в этой печали оставляют.

Мне кажется, так я говорю сам себе, что никогда не знаешь, какая сумасшедшая удача может ждать тебя за поворотом. Хотя, воскрешая в голове тот самый день, трудно не думать, что частенько за тем же самым поворотом тебя может ждать и куча сумасшедшего дерьма.

Вот это я понимаю – чистый рок! Вот это ярость, чел! Отжарила так отжарила! Полный трэш! Когда кому-то надо объяснить, как делается рок-альбом, то я рассказываю, что было у нас в тот день. О том, как стоишь перед самой что ни на есть жаркой штучкой, что только видел в своей жизни, и она поет так, будто выворачивается наизнанку, и у всех такое чувство, что у нее вот-вот напрочь снесет башню. В хорошем, то есть, смысле.

Когда пишешь песню, в которой, скорее всего, речь идет о ком-то конкретном, то можешь быть уверен, что этот человек не станет уточнять, о ком она. Потому что никому не хочется выглядеть придурком, которому кажется, будто бы везде говорится лишь о нем.

Бывают люди – выхватит их на мгновение светом, и они тут же исчезают. А бывают такие, что на публике начинают ярко сиять.

Музыка умеет «докапываться», знаешь ты это? Она способна воткнуть лопату тебе в грудь и копать, копать, копать, пока на что-нибудь не наткнется.

Для меня это был хороший урок в юности: не получать что-то, а зарабатывать трудом. Я настолько привыкла к тому, что все дается само собой, что даже не понимала, насколько важно для души, для самой своей сущности что-то для себя заработать, заслужить.

Рок, вообще-то, о том, как впервые познаешь девчонку, а вовсе не о том, как занимаешься любовью с женой.