"Вечный зов" по-солсберийски
«Ровно приправленный правильным количеством специй, это литературный эквивалент горячих пирожных» Sunday Telegraph
Ну, как любили говаривать на одном контркультурном сайте в своё время, многабукаф, но асилил. А и то, почти 1 100 страниц, серьёзный труд. И я совершенно не иронизирую, потому что действительно стоит представить, сколько усилий было затрачено уважаемым автором из Солсбери (привет, Петров и Баширов!) даже хотя бы на поиск исторической фактологии, невольно проникнешься уважением. Итак, перед нами одна из исторических саг мистера Резерфорда, посвященная нашему Отечеству. Причем история рассказывается на протяжении почти двух тысячелетий - от времён Кия до начала «лихих девяностых». Хотя здесь я, наверное, грешу против истины, историй здесь скорее две. Одна - это семейная сага многих поколений семьи Бобровых и их земляков, родственников и исторических персонажей на фоне эпохальных для моей Родины событий. А живут и действуют они в двух сёлах с одинаковым названием Русское (Russka в оригинале) - одно на Владимирщине, другое - на Украине. И здесь автор, надо отдать ему должное, очень скрупулёзно и с хорошим литературным мастерством ведёт рассказ о жизненных перипетиях русских людей на протяжении нашей многовековой истории. И это действительно увлекательные истории, от которых сложно оторваться, причем автору удаётся как-то дать читателю запомнить всех своих персонажей, то есть ни разу мне, по крайней мере, не пришлось судорожно перелистывать книгу назад, вопрошая: «Господи, а это-то кто?» По большому счёту, жизненные драмы и трагедии - они ведь тем и ценны, что такие истории как бы не имеют временной привязки - ведь всегда были, есть и будут любовь и предательство, дружба и ненависть, стяжательство и щедрость. А вторая часть того, о чем рассказывает книга, это собственно исторические вехи России. Здесь надо отметить, прежде всего, как я уже сказал, погружение автора в материал, то есть очень хорошее знание нашей с вами истории. И подаётся она без всякой дидактики, высокомерия или предвзятого отношения. Разумеется, автору приходится как бы «сшивать» эти два полотна, что видно невооружённым глазом: ага, вот тут про семью и героев, а здесь описывается исторический фон. Это не хорошо и не плохо, возможно, это просто неизбежно, учитывая замысел автора. И главное, практически отсутствует та самая «развесистая клюква», которой страдали и страдают многие описывающие русские реалии - от голливудских продюсеров до авторов «бестселлеров». Ну разве только пара появлений медведей является исключением, нет, ну, а как без Потапычей-то? Не было бы тогда русской саги без них, родимых. Безусловно, русскоязычный читатель, даже шапочно знакомый хотя бы со школьной программой, найдёт для себя много сюжетных линий, которые напомнят о шедеврах нашей литературы, но в этом есть даже определённый интерес - «о, так это же ...». Но это для нас, with all due respect, как говорится, вряд ли среднестатистический западный читатель поймёт, что в фамилии одного из героев романа XIX века зашифрованы два персонажа наших классиков, несходство между которыми, как говорил Виссарион наш, понимаешь, Григорьевич, «гораздо меньше расстояния между Онегою и Печорою». Единственное ощущение, которое несколько нарушает общее вполне гармоничное ощущение от книги - ближе к финалу начинает казаться, что редактор начал говорить автору: «Эдвард, ну ты это, давай, не размахивайся, у меня лимит на авторские листы, давай, сворачивайся побыстрее». Поэтому от последних эпизодов книги, начиная, наверное, с начала ХХ века, возникает ощущение некоей скомканности и торопливости. В остальном - если вас не пугает изрядный объём романа, могу смело его рекомендовать, благо и освежить свои знания родной истории, и поиграть в литературную угадайку можно. Резерфорд, как мне кажется, сохраняет вполне нейтральный тон и не пытается залезать в глубины «загадочной русской души». Да, есть некоторые заключения, но они носят такой общеисторический характер. Хотя ... если говорить о той самой загадочности, то всё-таки у некоторых в эту загадку заглянуть получается - взять того же Кутзее в «Бесчестьи». Но Резерфорд - о другом, и в этом он, на мой взгляд, весьма преуспел.
4 понравилось
