
По первой фразе аннотации о таксисте и мимолетном собеседнике может показаться, что речь пойдет о человеке, который травит байки, услышанные от пассажиров, но Сурен делится своей историей — словами младшего сына Сергея, который изначально задумал рассказ, но в итоге написал автобиографичный роман, увековечивший один день из жизни своего отца.
Cедовласый и седоусый таксист, у которого за душой балансирующая на грани самоокупаемости работа, заурядный жизненный опыт, жена и два взрослых сына.Сурен из тройни, вместе с двумя братьями вырос на Сахалине, четверть века женат, живет в Карачаево-Черкесском поселке. Когда-то занимался боксом, работал в пожарной части и вот уже двадцать лет как в аэропорту Минеральных вод нелегально таксует на дальних рейсах — Черкесск, Домбай, Архыз. До боли знакомая дорога и «пустые» поездки позволяют почти пятидесятилетнему Сурену нырять в круговерть ностальгии и навязчивых мыслей.
В будничном показать истинное, а все истинное, как известно, прекрасно.С первых страниц появляются осязаемые детали: вместе с Суреном слышишь стук зайца о капот и аромат тушеного мяса из рецепта. Жуткий ночной пустынный поселок, в котором церкви и советские мозаики соседствуют с мечетями и минаретами, пятиэтажки восьмидесятых — с пустырями и историями об убийствах, узнаваем не меньше, чем гладильная доска вместо вешалки или традиционная рюмка на ночь.
Текст легок, динамичен и расцвечен яркими образами: кроны елок — юбки, бетонные столбики — лапки жука, слоистый пирог полуденного неба и бородавчатые наросты гор, время, которое проходится по воспоминаниям, словно крупнозернистая наждачная бумага.
Как машина летит по трассе, так и Сурен в мыслях переключается с воспоминаний о детстве и юности, семье и друзьях на анализ отрыжки жизненного опыта, вскользь касается народной травмы, девяностых, предрассудков приезжих о Кавказе и проваливается, проваливается в свою усталость от дороги и жизни ради нее.
Про людей никогда до конца не знаешь, на какой поступок для тебя они способны. Или не способны.Сын пишет об отце с уважительной доскональностью и любовью — будь то салат со свеклой на завтрак или болезненные отношения с родственниками, характеризует его не словами, а историями: как не пошел на работу, чтобы не разбудить кошку, которая заснула на груди, или изводил себя мыслями об охоте, как выбирал повороты на дороге жизни, радовался, горевал, любил. Жил.











































