Историография корейцев Центральной Азии

Если враги были найдены среди старых партийцев, специалистов, рабочих и крестьян, рано или поздно должны были быть найдены враги среди наций и народностей. И они нашлись - корейцы, немцы, крымские татары, чеченцы и другие народы. Выбор малочисленных народностей в качестве объекта репрессий не был случаен. Ещё будучи народным комиссаром по делам национальностей, Сталин показал, что чаяния и интерес этих народов, в сущности, ему чужды. Лев Троцкий так охарактеризовал работу возглавляемого Сталиным комиссариата: «Члены коллегии наркомнаца относились, по существу, свысока или безразлично к интересам отсталых народностей. Открыто или полусознательно они стояли на уже известной нам точке зрения Розы Люксембург: при капитализме национальное самоопределение невозможно, при социализме оно излишне. Они гораздо более склонны были к абстрактной форме проповеди интернационализма, чем к тому, чтобы отсталым и вчера ещё угнетённым национальностям дать возможность достойного существования».  Эта позиция Сталина в конечном счёте трансформировалась в целую политику, где малочисленные народы становились объектом волюнтаристских манипуляций со стороны «вождя» и его окружения. Роберт Такер в своей книге о Сталине тонко подметил его роковую роль для судеб и культур малых народов: «По иронии судьбы человек, который по мнению Ленина был ценным для партии в качестве представителя малых народов и который в течение длительного времени соглашался с таким определением этой своей основной роли в партии, представлял собой формирующегося русского националиста... Сталин отождествлял себя с Россией, в этом крылось его надменное отношение к культуре малых народов».

Будучи субэтнической группой, евразийские корейцы существенно отличаются как от северных, так и от южных корейцев по языку, менталитету, ценностям, идеалам, мировоззрению, поведению, обычаям и традициям. Их культурный генофонд представляет собой синтез весьма различных культур. При этом сами евразийские корейцы в этом отношении не гомогенны. Так, по происхождению (месту исхода, времени и исторических обстоятельствам миграции) и этнокультурному основанию в них можно выделить следующие группы. К первой относятся переселенцы на российский Дальний Восток второй половины XIX - начала 30-х годов ХХ вв., в основном из северной части Кореи, и их потомки. Эта группа, самая большая по численности, представлена 2-5 поколениями. Ко второй группе относятся сахалинские корейцы. Как известно, десятки тысяч корейцев были вывезены японцами из южных провинций Кореи в 1939-1945 гг. для принудительных работ на шахтах Карафуто (японское название Южного Сахалина). По окончании войны часть их репатриировалась в Японию и Корею, но большая часть осталась на Сахалине. Некоторые из них приняли советское гражданство, но значительная часть на протяжении всей жизни оставалась «лицами без гражданства». По данным переписи Российской Федерации 2010 г., численность корейского населения Сахалинской области составляла 24 993 человека. Третья группа - это бывшие граждане КНДР, приехавшие в СССР на учёбу, на работу или нелегально перешедшие границу. Большинство из них после ХХ съезда КПСС, на котором был раскритикован культ личности Сталина, после чего отношения между Москвой и Пхеньяном ухудшились, - осталось в СССР. Эта группа, в свою очередь, также неоднородна, так как в ней представлены лица, получившие гражданство СССР и стран СНГ, граждане КНДР с визой на постоянное место жительство и лица без гражданства. Число корейцев третьей группы исчисляется несколькими десятками.