Мандаринка на Новый год

– Николай, я тебя по-хорошему прошу: держи свой темперамент в узде! Не надо говорить людям всё, что ты о них думаешь.
– А как они тогда узнают правду?

Похоже, новогодние чудеса всё-таки случаются. Самое главное – вовремя понять, что волшебное новогоднее чудо-расчудесное – это реальность, и сказка произошла именно с тобой. И не растеряться, а поймать, поднять, не потерять магический подарок судьбы, когда он в снежную зимнюю ночь оранжевой мандаринкой прикатится к тебе под дверь.

— Какая у нас дочь мудрая молодая женщина. И в кого бы это?
— Ну, мудрая в тебя, а женщина — видимо, в меня, — парирует Вера.
— И не поспоришь.

— Вы позорите меня! Самойлов, что у тебя с лицом? Баженов, оторвись от телефона — это не принято в стриптиз-баре!
— Здесь бесплатный Wi-Fi. А у Вани режется зуб. Очень болезненно. Десна набухла…

— Ну что, дочь, наверное, пришло время рассказать тебе о том, что должна знать каждая женщина о первой брачной ночи.

— Я знаю, мам, — вздыхает Люба. — Разуть, галстук и пиджак снять. Остальное можно не снимать — слишком сложно. Уложить в кровать. И оставить до утра.

Не трогай меня, я стеклянная. И меня сломаешь, и сам порежешься.

"Боль - это боль, как ее не назови. Боль- это страх, там , где страх, мечта нет любви."

"-Так погоди. Что это значит? Что значит - негабаритен? Квадратный что ли?
-Нет,блин! Треугольный! "

— Я папе расскажу, что ты материшься! — годами отработанным тоном ябеды ответила Варвара.
— Папа тоже матерится, еще хлеще меня.
— Тогда маме расскажу, и вам обоим достанется! — парирует Варька.

Его личное проклятие, Рыжий Орк, он же Рыжий Варвар, она же Варвара Глебовна Самойловна, любимая сестра, которую он в возрасте четырех лет слезно умолял родителей отдать обратно аисту...

— Заходи, Люб.
Она шагает через порог, закрывая за собой дверь.
— А с чего ты решил, что я Люба? — фраза, в общем-то, дежурная для их троицы.
— Методом дедукции вычислил.
— А ну-ка? — Коля у них троих всегда вызывал желание подколоть, и сейчас она тоже не смогла удержаться.
— Ну, Соня, насколько я в курсе, в Париже, а поскольку рядом нет Витьки, то ты и не Надя. Значит, ты Люба.
— Просто Шерлок Холмс и доктор Ватсон в одном лице! — фыркает Люба.

— Простите, спешу к любимому, — она улыбнулась и действительно прибавила шаг.
— Эх, повезло кому-то! — крикнули ей вслед. Угу, повезло. Знать бы еще, кому.

"- я тебя смутил?

• нет, но ты забыл сказать.

• нет.Тв забыл сказать: "Авада Кедавра".
• прежде чем сразить меня своей волшебной палочкой."

Не надо говорить людям все, что ты о них думаешь.

— А как они тогда узнают правду?

Жизнь вообще опасная штука – от нее умирают

когда ты говоришь «я люблю тебя» — это только начало. И за этим должно быть много других слов и поступков. Нельзя сказать эти слова и оставить все, как есть. Если ты любишь кого-то — этот человек должен стать частью твоей жизни, неотделимой. Эти слова — ключ, который открывает новую дверь в твоей жизни. И в ней все будет иначе.

Молодость, как любил говорить отец, единственный недостаток, который с возрастом проходит. Но работать в полную силу хотелось уже сейчас. Делать нужное дело, пользоваться уважением коллег. Только вот медицина — сфера настолько консервативная, что на репутацию и уважение ему еще работать и работать. А пока есть только собственные амбиции, которые разбиваются о недоверчивые взгляды родителей. «Вот этот парень будет оперировать моего ребенка?!».

«Тяжёлая мужская ладонь без предупреждения звонко и хлёстко опускается на идеально-круглую женскую ягодицу.

– Ай! С ума сошёл? Больно же!

– Так и должно быть больно. Ну как? Ты возбуждаешься? Или еще добавить?»