Крадійка суниць

Ну, вот и дочитана история Вианн Роше. Перевернута последняя страница с описаниями чарующего шоколада и ароматами пряных специй. Отныне улочки Ланскне-су-Танн останутся только между строк закрытой книги.

Анук и Розетт выросли. Для Вианн наступил важный момент в жизни каждой матери - пришло время отпустить своих детей. И перед читателем раскрывается история семейных уз. Но на этот раз не только между членами семьи Роше.

Повествование, как и в других частях, ведётся от нескольких лиц. В первую очередь, это Вианн. Она предстает перед нами, как мать, дочь, подруга, жена (хоть они с Ру официально и не женаты, но их отношения длительны). Ей уготован непростой путь в этой истории.

Розетт. Малышка Розетт, которой уже 16. Которая хочет выпорхнуть из гнезда, чтобы найти себя.

Франсис Рейно. Месье кюре уже совсем не тот, что был в "Шоколаде". В "Земляничном воре" этот персонаж открылся совсем с другой стороны. И, честно говоря, он стал одним из моих любимых героев.

И есть в этой книге ещё один рассказчик, о котором я умолчу. Но, именно он в данном случае является ключом, той фигурой, на которой все завязано.

Эта история о выборе, о борьбе, о взрослении, о потере, о новой ступени в жизни.

Знаете, поймала себя на мысли, что с каждой книгой атмосфера цикла становилась все трагичней. "Шоколад" казался таким лёгким, воздушным и радостным, но со временем в сюжете появлялось все больше трудностей, испытаний, преград, с которыми сталкивались герои.

Все как в жизни. Пока ты мал, мир наполнен лишь яркими красками, но чем старше становишься, тем чаще на твоём небосклоне появляются тучи.

Есть один момент в сюжете, который очень мне не понравился. И он настолько ключевой, что было страшно разочароваться в книге. Не знаю, как мне удалось это принять... Хотя, наверное, так и не удалось.

Но вспомните те цитаты, которыми я с вами делилась, это восхитительное повествование мадам Харрис... А герои? Такие живые, что кажется, знаю их лично. Это тонкое умение коснуться души читателя...

Нет, не могу ругать эту книгу. Может, и стоит, но не могу... Скажу только, что если вас не зацепил "Шоколад", то лучше не продолжать чтение цикла, а взять какую-нибудь другую историю.

"Любовь спасает нас, избавляет от грехов, даже когда мы сами считаем себя неисправимыми грешниками"

* Цикл состоит из 4 книг:
"Шоколад"
"Леденцовые туфельки"
"Персики для месье кюре"
"Земляничный вор"

Земляничный вор является логичным завершением цикла, начатый Джоан Харрис в книге "Шоколад", однако книга навеяна ностальгией, печалью и грустью. Будем откровенны — не самая удачная из её книг по нескольким причинам: во-первых, её второму ребёнку, Розетт, шестнадцать лет, и девочку отвергают её друзья по детству, которые выросли из её шалостей. Однако мы до последнего так и не понимаем причину её недуга — автор объясняет её невнятно, словно бы сама, создавая этого персонажа, не знала, в чем дело, но понимала, что девочка — особенная. Во-вторых, частые повторения мыслей, которые в конце начинают слегка раздражать читателей — "но моя маленькая Аннук, которая всегда мечтала остаться со мной". Мы видим, что тема взросления проходит через всю книгу. Один из ключевых недостатков данной истории — это та девушка из тату салона — она то ли антагонист, то ли фея-крестная, которая пытается помочь Розетт. Она не пытается, как предыдущие злодейки героини, занять место Вианн, она... просто есть. Татуировки не обладают даже столь скрытой магической силой, как сладости Вианн. Остаётся непонятным, зачем было вводить этого персонажа — она исчезла так же стремительно, как и появилась. Хотя разве что показать, что Розетт тоже на что-то способна.
Из достоинств этой книги — это разгадка тайны мисье кьре, то, что мучило его так долго, наконец, раскрылась. Интересна сама история из детства почившего в начале книги персонажа — его история интригует, от неё у читателей мурашки по коже. В книге есть место сочувствию, состраданию, жалости и трепета в груди. Она заканчивается на грустно-веселой ноте, и стоит лишь надеяться, что это последняя книга в цикле, потому что в этой истории автор изжила себя.