Дочь кардинала

— Ты происходишь из знатной семьи, — напоминает мне мать. — Твой отец пошел на огромный риск ради благополучия этой семьи и ради блага твоей сестры. Изабелле очень повезло, что он счел ее достойной таких усилий. Сейчас мы можем находиться в несколько стесненных обстоятельствах, но это не навсегда. Ты должна показать отцу, что ты тоже стоишь того, чтобы ради тебя предпринимались усилия. Ты должна будешь дорасти до своего призвания, Анна, сейчас тебе нельзя быть слабой или больной. Ты была рождена, чтобы стать великой женщиной, девочка, — так стань же ею.

Ричард подъезжает на своем огромном сером коне прямо ко мне. Я, словно мученица, так и стою на мостках для посадки, а он, кажется, ждет, что я сяду ему за спину. Его юное лицо непривычно угрюмо.
— Леди Анна, — произносит он.
— Принцесса, — тихо поправляю я его. — Я принцесса Анна.
Он снимает передо мной шляпу.
— Вдовствующая принцесса, — в свою очередь поправляет меня он.
Какое-то время смысл его слов остается для меня непонятным. Потом я покачиваюсь, и он протягивает мне руку, чтобы я не упала.
— Мой муж мертв?
Он кивает.

Мать говорит, что мы никогда не опустимся до уровня кого-либо из Риверсов, как бы высоко они ни забрались, но это означает, что у меня нет брачной партии, хоть мне и исполняется двенадцать лет уже в июне. Изабелле еще хуже: она так и осталась в свите матери, хотя ей уже исполнилось шестнадцать. Наша мать была помолвлена сразу после рождения, а выдана замуж и начала исполнять супружеские обязанности уже в четырнадцать, и от этого Изабелла с каждым днем все больше теряет терпение, будто бы с каждым шагом проигрывает в гонке к алтарю. Кажется, что мы исчезли с лица земли, словно заколдованные принцессы в страшной сказке, пока королева Елизавета выдает замуж своих сестер и кузин замуж за всех состоятельных молодых дворян Англии.

— Неужели ты действительно хочешь жить в отчуждении? И у тебя не будет приданого, только то, что она сама решит тебе дать. Ну, это на тот случай, если ты в будущем захочешь выйти замуж. — И он замолкает, будто эта идея только что пришла ему в голову. — Ты хочешь выйти замуж?
— За кого? — спрашиваю я, глядя на него с удивлением. — Я же никого не вижу, меня не выпускают к людям. Я вдова, и у меня первый год траура. За кого же я выйду замуж, если я ни с кем не встречаюсь?
Его глаза смотрят на мои губы.
— Ты встречаешься со мной.
Я вижу, как он улыбается.
— Встречаюсь, — отвечаю я шепотом.

— Если у тебя будет собственное состояние, то ты сможешь выйти замуж за того, за кого пожелаешь, — мягко говорит он. — Ты подаришь своему мужу огромное богатство и владения. Любой мужчина в Англии будет счастлив взять тебя в жены. Да большая часть из них просто будет умирать от желания жениться на тебе. — Он замолкает, чтобы дать мне обдумать услышанное, а потом поворачивается ко мне и смотрит мне в глаза. — Ты должна быть уверена в этом, леди Анна. Если мне удастся вернуть тебе твое наследство, то любой мужчина в Англии будет счастлив взять тебя в жены, потому что с твоей помощью станет одним из самых крупных землевладельцев и богачей, к тому же породнится с одной из самых достойных английских семей. Ты сможешь выбирать среди лучших из лучших.
Я жду продолжения.
— Но хороший человек не станет жениться на тебе ради твоих денег. И, наверное, тебе не стоит выбирать того, кто захочет именно их.
— Не стоит?
— Хороший человек женится на тебе по любви, — просто произносит он.

— Я не могу! — шепчу я Изабелле. — Я не могу выйти за ее сына, не могу стать дочерью злой королевы и спящего короля. Что, если их сын действительно сумасшедший, как все говорят? Что, если он меня убьет? Прикажет обезглавить, как двоих йоркских лордов, охранявших его отца? Говорят, он настоящее чудовище, у которого еще с самого детства руки по локоть в крови. Говорят, он убивает людей просто ради развлечения. А что, если они отрубят мне голову, как дедушке?
— Тише, — говорит она, беря мои холодные руки в свои и мягко их гладя. — Ты говоришь, как ребенок. Ты должна быть смелой. Ты станешь принцессой.
— Я не могу стать частью дома Ланкастеров!
— Можешь, — возражает она. — Ты должна.