Непонятный роман

– Мне кажется, я сошел с ума.

– Мне кажется, сейчас многим так кажется. Забей. Это нормальное состояние.

Я же говорил уже, до тридцати с лишним жизнь вообще не нравилась, было четкое ощущение, что терять, в общем-то, нечего. И, знаешь, было как-то спокойно. А сейчас мне много чего есть терять, я не хочу это терять, и я очень боюсь. Постоянно, каждый день теперь боюсь что-то потерять. Это, наверное, и есть взрослость?

Как все завязавшие люди, осуждал то, с чем завязал.

Жизнеподобие всегда нереалистично. Если описывать все как было, никто не поверит.

Это сейчас я стал такой умный и сильный, что с радостью сам молча уйду, когда мне дадут понять, что я раздражаю. Уходить – самое простое, приятное дело. Я просто уйду, я просто уйду.

Мне вообще жалко всех, кроме себя, но и себя тоже жалко, но это нельзя, потому что тогда другим жалко не будет. Но другим все равно не жалко.

Я знаю, вас раздражает наивность. Вам кажется, я притворяюсь наивным. Да, я всегда притворяюсь наивным, нормальным и вру, и за это почему-то дают деньги, на которые можно купить еды в магазинах с бухлом. Вам тоже сейчас захотелось сказать, что вы тоже всю жизнь притворяетесь. Да, мы все одинаковые, такие тонкие, непонятные, разные.

Ночь – самое доброе время суток, потому что все спят, и можно не притворяться. А ночь может быть всегда, нужно просто закрыть шторы и открыть коньяк.

Многие чувствуют то же, что я, но не хотят признаваться. Вы как будто стесняетесь, что у вас со мной могут быть общие мысли. Хотя что я такого сказал? Я вообще не хочу сообщить вам что-то особенное. Я всего лишь передаю свои непонятные ощущения от нашего непонятного времени. Это, пожалуй, единственное, что вообще можно передать.

Необязательно всегда смотреть на мир в глазок. Иногда можно распахнуть дверь, встретить новую жизнь и произнести небольшой монолог. Слышишь? Я знаю, ты не слышишь, но чувствуешь. Я вижу, тебе интересно со мной. Да и мне с тобой тоже.

Люди могут что-то, чего ты не можешь. Я зато умею разговаривать сам с собой и могу давать интервью себе же. Я учился этому с самого первого класса и, пожалуй, достиг в этом некоторых высот. Пусть это прозвучит немного нескромно. Пусть это прозвучит, а потом давайте послушаем тишину.

Вам кажется, что я протестую? Да нет, я молча и даже с радостью принимаю ваш непонятный мир, просто иногда я устаю бесконечно от необходимости притворяться и врать, чтобы ходить за едой в магазины с бухлом, и тогда мне нужно немного побыть одному.

Счастливое время то, в котором не было событий.

Больше всего в путешествиях я люблю возвращаться домой.

<...> я написал свой первый роман, книжку с ошибками, всего лишь для того, чтобы вам, интеллектуалам, было смешно. Мне вот было смешно, и я подумал, вдруг вам тоже будет смешно. И оказался прав. Конечно же, настоящие люди так не говорят и не пишут. Как говорят настоящие люди, не знает никто, даже я. Чтобы это узнать, нужны другие люди, ненастоящие.

Ведь написать хорошую книгу – значит всего лишь первым ее прочитать. А чтобы ее прочитать, нужно ее сначала найти, раскопать, развернуть. Она ведь уже существует, просто надежно спрятана.

– Ты его ненавидел?
– Нет, конечно, ты что. Я его просто не знал. Единственное чувство – чувство вины. Тоже такая классическая эмоция алкоголика.

Они достаточно вкусные и сытные, чтобы успокоиться насчет еды. Но при этом достаточно невкусные, чтобы не хотелось еще и еще.

Когда смотришь на свет, тьма вокруг кажется ярче.