Опекуны несносных леди

Напиток, который пьют, когда хочется состояния «было весело, вспоминать стыдно, рассказывать детям нельзя».

Всяко приятнее уже восемнадцатилетняя взрослая серьезная девушка, чем… она же, но еще не взрослая.

– Немного… много розового, – констатировала я.
– Да, – скорбно признал он.

Смотришь и понимаешь, это не щеголь, не тот, кто будет манерно гулять по парку. А тот, кто рубилом собьет лишнее с камня и найдет спрятанную в нем хрупкую девушку невиданной красоты. Или намесит глины, а потом вылепит из нее что-то…

В пaнсионе воoбще слeдили зa пoрядком, и юныe лeди дoлжны были… Дoлжны-тo мы дoлжны, нo кoгда этo когo oстанавливало?

... от так внезапно мы с Моррисом перешли на «ты». И лорд Луис тоже перешел ко мне на «ты». Наверное, ему тяжело на человека орать и выкать одновременно.

В общем, чисто, но по-холостяцки уныло. Как в берлоге. Так мама всегда говорила, когда мы оказывались в гостях у неженатых или овдовевших лордов.
Папа только закатывал глаза, но спорить не пытался. Наверное, потому, что однажды мама навела уют и порядок в его холостяцкой берлоге. А он сначала ворчал. Привыкал, привыкал, а потом привык.

А что по бальным танцам у меня «очень плохо», так не всем цветочным феям даются полька и вальс. Некоторым (мне) еще в колыбели драконы отдавили ногу. Заодно и ухо, поэтому музицировала я тоже из рук вон плохо. При моем появлении учебное фортепьяно так расстраивалось, что немедленно начинало фальшивить.

Перед мысленным взором изящная вывеска на цветочной лавке с кружевными литерами и изящными завитушками «Цветочный переполох» превратилась в «Птица, потроха и свежее мясо». Без завитушек. Кровавым цветом. А в витрине вместо сочных разноцветных гербер – копченый свиной окорок.

– Спасибо, господин Ховард! Огромное спасибо! Вы были прекрасным опекуном. Очень заботливым… Нет, вы, конечно, были не очень заботливым, но вовремя платить за пансион тоже своего рода забота. Так ведь?

– Готова?
– Нет!!!
– Но не сбежишь? – с подозрением уточнил Моррис. – А то тебя жених ждет.
– Н-нет… – неуверенно ответила я и зачем-то зашарила взглядом, ища пути побега. Пока не спросил, я и не собиралась. А сейчас так захотелось удрать, мочи нет!

В пансионе вообще следили за порядком, и юные леди должны были… Должны-то мы должны, но когда это кого останавливало?

– Нет! Я никуда не сбегу, уверяю вас.
А вот вы, уважаемый лорд, можете попытаться. Я вздохнула. Посмотрела на мужчину с сочувствием. Нет, я специально вредить не стану, я хорошая. Но вот нечаянно… тут возможны варианты.

Конечно, истинной леди читать подобное ни в коем случае нельзя было. И поэтому все читали.

Кто же знал, что девушка – не просто какая-то девушка со свертком? Я же никогда не видела настоящих живых писателей. Мертвых, понятно, тоже. Оказывается, они ничем не отличаются от обычных людей. Так хорошо маскируются!

...королева его обдурила.
Ой, нельзя же так о ее величестве. Вышло недопонимание. Да, так вроде бы нормально звучит.

– И куда Ричард смотрел? – вдохнула я, вдруг осознав, насколько приятно, когда в доме есть мужчина, на которого можно свалить собственный промах. – Сумасшествие какое-то…
Вообще, так недолго действительно задуматься о замужестве. Где-нибудь сглупила и назначила виноватым супруга. Удобно же!

– Господин Ховард, спасибо! Пойду собирать вещи?
– Придется подождать неделю, Виола. – спокойно пояснил коварный опекун. – И вы с Патриком непременно сможете заключить крепкий семейный союз. Передам тебя из рук в руки.
– Зачем ждать? – возмутилась я. – Вот Патрик с руками. Ваши руки тоже при вас. Давайте сейчас меня передадим.

– Луис, давай выдадим ее замуж? – предложил вдруг Моррис.
Нет, вот я что-то не поняла. Он слуга или не слуга? Начиналось все так официально, а сейчас сплошное панибратство.
– За тебя? – уточнил лорд.
– Нет!!! Я не справлюсь.
– Вам не совестно, лорды, пытаться избавиться от меня в первый же день? – грустно спросила я.
– Нет. Ничуть. – Они сказали это одновременно.