Соната с речитативом

... я не хочу сильно дружить, – неожиданно закончила она. – Когда сильно дружишь, бывает плохо.

У тебя вообще друзья есть, или ты всех распугиваешь на пороге?

Между движением, которым ты смахиваешь стеклянный стакан с края стола, и его соприкосновением с твердым полом всегда есть мгновение. Этот отрезок времени, когда траектория стакана уже очевидна, – момент последнего отчаянного торга. Это почти неуловимое и одновременно с тем очень, очень длинное мгновение.

Сашкина улыбка была обращена к собеседнику, отражалась от любого и попадала в сердце самому миру. И мир сиял.

«Наступят странные времена, – вспомнила Ксеня, – и придется делать странные вещи».

Я много пробую, много вижу. Много успеваю. Много могу. Но вот пока не знаю, чего хочу на самом деле. Понимаешь?

Ксеня просыпалась в каждый новый день, как солдат перед наступлением. Нужно штурмовать непокорный мрачный город. Нужно штурмовать непомерно сложную учебу. Нужно штурмовать саму жизнь. И некому ей помочь.

Выпал снег. За одну ночь город побелел, помягчел, и  темное напряжение чуть ослабло. Кое-где на  окнах появились новогодние гирлянды, хотя масштабного украшения к праздникам не  планировалось.

Наступают времена, когда будет трудно верить не только другим, но и себе.

Люди спорили веками, Земля ли вокруг Солнца или Солнце вокруг Земли, а кота единицы измерения времени и расстояния, похоже, не волнуют: есть еда – он тут как тут, хотя до того мог быть на том конце вселенной.