Полис, логос, космос. Мир глазами эллина

Весь этот порядок регулировался главным спартанским «конституционным законом» – Великой ретрой. Этот документ приписывался самому Ликургу, причем, по одной из версий, законодатель не сочинил его сам, а привез из Дельфийского святилища, то есть получил от бога Аполлона. «Ретра» обозначает «сказанное», из чего уже видно, что речь идет о чисто устном законе. И действительно, текст его не был зафиксирован письменно: считалось, что граждане должны знать свою главную государственно-правовую норму наизусть.
Процитируем Великую ретру. Ее текст сохранил для нас Плутарх. С учетом внесенной уже после Ликурга поправки закон гласил следующее:(...)

Однако тщетно мы стали бы искать спартанских философов, спартанских ученых, спартанских ораторов… Таких просто не было. Граждане Спарты были по-своему воспитанными и образованными людьми, но их воспитание имело особую специфику. По строю своих представлений о жизни они больше напоминали средневековых рыцарей или японских самураев, чем своих сородичей афинян или коринфян. Спартиаты жили в обстановке особого «духовного космоса», для которого был характерен ряд черт, свойственных архаичным, традиционным обществам. Среди них твердая и прочная религиозность, ориентация на авторитет предков, своеобразный кодекс чести, делавший решительно невозможными сдачу в плен, бегство с поля боя или окружение собственного города кольцом оборонительным стен.

Впрочем, не следует считать спартиатов совсем уж грубыми и некультурными людьми, солдафонами. Грамотностью они, безусловно, владели. Античные авторы подчеркивают, что им было свойственно, в частности, умение кратко и остроумно выражать свои мысли (отсюда термин лаконизм).
Вот несколько примеров «лаконических», то есть спартанских, изречений (некоторые из них стали просто-таки хрестоматийными).
Спартанца пригласили послушать человека, умело подражавшего пению соловья. Он отказался, сказав: «Я слышал самого соловья».
Персидский царь Ксеркс перед битвой при Фермопилах послал спартанцам приказ сдать оружие. Спартанцы ответили: «Приди и возьми».

Существовала жесткая система государственного воспитания детей, призванная вырабатывать в подрастающем поколении мужество, стойкость, умение переносить лишения. Спартиатам нельзя было покидать пределы родного государства. Кроме того, из самой Спарты были во избежание «дурного примера» изгнаны чужеземцы, жители других полисов.
Таким образом, Спарта как бы отгородилась от всего греческого мира неким подобием «железного занавеса». Государство приняло совершенно военизированный характер; индивид был всецело подчинен общине. Социально-политическое развитие было законсервировано и практически остановлено.
Наступила стабильность, прекратились гражданские смуты. Ведь отпала почва для зависти: все были равны, не только по правам, но и по всему бытию. Именно «равными» гордо называли себя спартиаты. Спарта не познала такого зла, как тирания. В результате спартанский полис чрезвычайно усилился в военно-политическом отношении, стал самым могущественным и авторитетным в Элладе.
Но за эти преимущества пришлось заплатить большим культурным отставанием.

... между спартиатами и илотами существовало резкое численное неравенство. Спартиатов в архаическую эпоху было около 9 тысяч. А в дальнейшем их количество из-за военных потерь постоянно снижалось. Число илотов точно неизвестно, но их было, как минимум, в семь раз больше (даже если считать только взрослых мужчин). Жизнь маленькой горстки спартиатов среди огромных масс подчиненного населения, которые было необходимо держать в покорности, являлась в высшей степени опасной.
Потому-то сословие спартанских граждан и жило, можно сказать, постоянным военным лагерем. В результате так называемых реформ полулегендарного законодателя, продолжавшихся на протяжении нескольких веков, в среде спартиатов была насаждена твердая дисциплина и безоговорочное повиновение властям, непомерно усилены начала коллективизма, сплоченности, установлено имущественное равенство. Весь образ жизни был регламентирован, сделан максимально простым и неприхотливым, любые проявления роскоши запрещались. Спартиату не разрешалось даже обедать дома, в кругу семьи: он должен был являться на общественные трапезы – сисситии. Не то чтобы имущественного неравенства совсем не было. Конечно, и в Спарте имелись граждане побогаче и победнее. Но вот получить какие-либо преимущества от крупного состояния, «блеснуть» им в спартанских условиях было невозможно. А значит, не существовало и никакого стимула к накоплению богатств.

Два народа – греки и финикийцы – конкурировали друг с другом на просторах Средиземноморья начиная уже с архаической эпохи. Финикийцы, народ семитского происхождения, населяли узкую полоску восточного берега Средиземного моря; там находились их богатые торговые города – Тир, Сидон, Библ и др. Финикийцы, как и греки, были великолепными мореходами, активно вели свою собственную колонизацию на побережьях. Не удивительно, что греческие и финикийские интересы постоянно приходили в столкновение, а это вело к конфликтам и войнам. В VI в. до н. э. Финикия вошла в состав великой Персидской державы, и впоследствии финикийцы активно участвовали в Греко-персидских войнах на стороне персов. Так, персидский флот состоял в основном именно из финикийских кораблей.