Пока есть просекко, есть надежда

"Не самая лучшая привычка, когда человек, чтобы утолить жажду, пьет просекко как воду", - подумал Стуки.

– Я знаю четыре «слишком» для вина.

– Ну-ка, послушаем.

– Не предлагай его слишком много, не смешивай слишком много белого и красного, не пей слишком много и не плати слишком мало.

Комиссар Леонарди был на грани нервного срыва и обязательно бы заплакал, если бы он был простым агентом или если бы пенсия была ближе.

«– Мэрилин Монро. Разве она не умерла?
– Она-то умерла, но оставила после себя несколько миллионов блондинов и блондинок, которые подписываются ее именем».

Но попадаются и настоящие поэты, воспевающие бескрайние виноградники и виноделие на протяжении всего пути: от крупицы земли до дерева винных бочек. Они влюблены не в бутылку, а в вино как в дело своей жизни. Это и есть та самая культура вина, и граф Анчилотто был одним из достойнейших ее представителей.

В самом деле, что могло быть естественнее: трое друзей, две женщины и один мужчина, уставшие и вынужденные ночевать в одной комнате, потому что так сложились обстоятельства.

– Вы знаете, что он говорил? Что демократия – это место, где каждый обманывает себя в том, что рано или поздно он сможет украсть, обойдя закон, а при диктатуре эта надежда доступна лишь немногим. Вот почему диктатуры более серые, но менее затратные.

Рассуждения о культуре — дело довольно неблагодарное, тема эта скользкая, всегда найдутся спорные моменты.

Вы знаете, например, как называется марка его велосипеда? Такими пользуются только эстеты.

— Я даже не знаю, кто такие эти эстеты

Дни стояли такие жаркие, что казалось, будто лето никогда не кончится. А когда наконец придет короткая осень, нужно будет уже наряжать елку, а не собирать каштаны и ходить по грибы.

Хорошо подумайте, прежде чем провоцировать консерватора! Из тех, который спал в неудобной позе большую часть своей жизни и вдруг в один прекрасный момент нашел положение настолько комфортное, что это вызвало у него подкожный зуд, внутреннюю улыбку и ощущение легкости от возможности чувствовать себя живым и довольным. Никогда не лишайте консерватора его маленького удобного угла. Он может сжечь мир дотла, чтобы не допустить даже малейшего изменения.

«Мир никогда не будет кристально чистым, – любила ты повторять клиентам твоей прачечной, – слишком не увлекайтесь салфетками и другой ерундой. Немного грязи не помешает, это часть жизни. Рождаются тоже не идеально чистыми. Покойники иногда бывают чистые, но только потому, что их моют».

Граф считал, что убивать шелковичных червей – жестоко. И добавлял, что, с другой стороны, все изысканное в своей основе часто жестоко.

А еще удивился: с какой точностью женщины в состоянии заметить все, вплоть до мельчайших подробностей, когда речь идет об их сопернице или просто другой женщине. Особенно когда дело касается маленьких недостатков.