Альма. Ветер крепчает

Честно говоря, когда я шучу, я всегда говорю правду.

Даже в раю нужно рассказывать детям сказки и придумывать другие миры.

Что ещё ему остаётся? Нужно чем-то распоряжаться. Он хочет, чтобы его гости одевались как в старой стране, куда он никогда не вернётся.

Многие думают, будто искусство лжи — это искусство правдоподобия. Это не так. В самое неправдоподобное верится легче всего. Мог ли Жозеф нарочно придумать, будто нашёл завещаниеЛюка де Лерна в сапогах покойника? Слишком нелепо, чтобыне быть правдой. И Гардель поверил.

Он только что попал на борт плавучей тюрьмы, на невольничье судно, которое идёт загрузиться под завязку на побережье Африки, но Жозеф делает вид, будто на борту будут одни только бочки с сахаром да мешки с кофе.

Ему только и нужно, что подписать вот тут, внизу. Они расплатятся за него, а ещё предложат работу, и он повидает дальние края...

— Разве ты, Авель Простак, не мечтал о странствиях?

Пусть он скорее подпишет, прямо здесь, и они угостят его ещё стаканчиком, чтобы отпраздновать его новую жизнь. Ведь теперь перед ним — все возможности.