Тот, кто не разбирается ни в чем, может взяться за что угодно
Автор рассказывает историю и правила жизни некоего Жозефа Жакото, участника Наполеоновских воин, имперского чиновника и депутата периода 100 дней, вынужденного эмигрировать в Нидерланды с восстановлением Бурбонов, и занявшего там место профессора на полставки. Поскольку новоявленный профессор не знал и не собирался учить голландский, он раздал студентам билингву «Приключения Телемака» и дал первое задание: по этой книжке выучить французский язык и написать на нем сочинение о прочитанном.
И вот тут случилась первая противоестественная несуразность: студенты великолепно справились с заданием. Я понимаю, что на этом факте далее развивается вся книга, но я почти на 100% уверен, что если бы такой эксперимент Жакото решил провести с моими однокашниками, никто бы ничего и не подумал учить. Но Жакото повезло со студентами, причем, везло ему систематически, потому что впоследствии он провернул этот финт еще и в военном училище, и в женском лицее. Я не знаю, возможно, в те времена ценность образования как таковая была больше, чем в годы моего ученичества; или Жакото как личность был настолько интересным, что студентов не смутила эта непростая задача; а возможно базовый уровень студентов был выше, чем сейчас. В конце концов, отчего бы не предположить и такое, что сама система Жакото действительно оказалась эффективной, не смотря на мои, возможно ошибочные, интуиции. Как бы то ни было, но из этого неожиданного успеха Жакото и автор книги делают далеко идущие выводы в области педагогики и социальной философии.
Во-первых, не очень мне понятно, из чего они делают такой вывод, но утверждается, что интеллектуальные способности всех людей равны от природы. Неравны только степени желания этими способностями пользоваться, проявляемые во внимании или воле, что по сути одно и то же. Таким образом, задача учителя – пробудить эту волю.
Во-вторых, утверждается, что учиться можно чему угодно посредством сравнения с чем угодно. Тем ключом, которым в опыте Жакото стал Телемак, может быть любая вещь, которую обучаемый знает наизусть и которая используется как словарь между двумя интеллектами. Это может быть молитва, детская песенка, но мне вот интересно, может ли такой вещью быть камень? Стало быть, задача учителя дать такой инструмент. Хотя в книжке об этом и не говорится. Подразумевается, что ученик уже знает. Как ребенок учит язык? Он сопоставляет, СРАВНИВАЕТ вещь и слуховые ОЩУЩЕНИЯ эту вещь сопровождающие. Т.е. в этом Жакото получается прав, потому что:
В-третьих, невежественный учитель вообще ничему не учит. Он просто задает вопросы. И даже больше, он задает один единственный вопрос по сути: «Что ты об этом думаешь?» и проверяет, чтобы ученик не сачковал. И тут я тоже склонен соглашаться с Жакото, потому что подозреваю, что ученик способен научиться всему, чего достаточно желает. Но это мне легко говорить, потому что мне в принципе не сложно учиться, а вот способен ли научиться математической статистике ребенок с УО? Или эти законы распространяются только на статистически нормальных нейротипичных индивидов? Даже я не могу сказать, что научился, хотя, возможно, желание мое было недостаточным. И тем более, мне кажется, что если бы я вздумал учиться математической статистике при помощи Телемака, мне бы и всей жизни не хватило для решения такой задачи.
Как следствие, в-четвертых, невежественным учителем может быть кто угодно, и этот кто угодно вовсе не обязан сам знать то, чему учит. Ну т.е. не умеющий читать слесарь может спросить обучающегося чтению сына, о чем эта первая строка в книжке о Телемаке: «Калипсо не могла ничем утешиться...»? И сын может соврать, что там написано «Маленькой елочке холодно зимой...». Но строгий отец должен заметить сыну, что «в слове Калипсо 7 букв, а не 9, а, следовательно, ты лжешь», и надо полагать, дать в ухо – а иначе как выработать в маленьком хитреце надлежащее прилежание и уважение к учителю?
В-пятых, только такая методика и может научить человека пользоваться собственным интеллектом, поскольку старая школа вместо того, чтобы задавать потенциально бесконечно совершенному человеку эпохи Просвещения, которого славит Жакото, соответствующие его текущему уровню развития вызовы – вырабатывает у ученика осознание собственной неполноценности и необходимости учителя, как носителя знания и необходимого инструмента для получения этого знания. Жакото утверждает, что учитель не является носителем знания, а просто транслирует в будущее ограниченность, мракобесие, НЕРАВЕНСТВО и (привет, Фуко!) власть и послушание. Короче, одним словом, старая школа ОБОЛВАНИВАЕТ. Жакото говорит что учитель не просто не обязан знать то, чему учит – более того, ЖЕЛАТЕЛЬНО, чтобы учитель сам этого не знал. Как уже стало у нас доброй традицией, они с автором критикуют Платона, Сократ которого расспрашивает мальчишку раба о том, что уже знает сам, таким образом, интеллект раба работает не над раскрытием природы явления, а над разгадкой заданной Сократом загадки – «он никогда не продвинется в одиночку, а впрочем, никто и не требует, чтобы он продвигался, если только не для того, чтобы проиллюстрировать урок учителя. Сократ расспрашивает раба, которому суждено таковым и остаться».
Далее эти ребята повторяются, что все интеллекты равны, а кажущееся неравенство происходит от лени и стремления к неравенству. Ваш оппонент говорит: «я не в состоянии постичь Вашу идею, мне не хватает тяму, я силён в другом», а потом вдруг оказывается, что как раз это другое и главнее. Общественный порядок, основанный на «истине», не может допустить «заблуждения», которое существованием своим подрывает сам порядок. Задача риторики и войны не в том, чтобы найти истину, а в том, чтобы заставить ее замолчать. В итоге идея свободного образования приводит к разрушению общества, поскольку парадоксально отрицает общность интеллектов. Все интеллекты равны в том, что каждый из них неповторимо индивидуален. А общность интеллектов с необходимостью лишает каждый из них интеллектуальной способности. Гражданин не может мыслить.
Книга превращается в анархический памфлет с мессианскими элементами. У меня лично на протяжении всей книги складывалось впечатление, что Жакото – вымышленный персонаж, как Христос, Сократ или Заратустра. И сама структура книги на это как бы намекает. Учитель творит чудеса, легионы его учеников растут, появляются еретические ответвления. Противники Идеи пытаются оспорить ее, но в этом нет смысла, поскольку сама Идея – недостижимый идеал, она сама себя опровергает своею абсолютностью. Учитель умирает, школы закрываются, и это закономерно, поскольку «универсальное образование не привьется никогда. Но оно никогда и не погибнет».
Книга восхитительно интересна. С одной стороны, как интеллектуальное приключение, а с другой стороны как призыв попробовать идеи универсального образования на живых детях, пока еще такое не запретили.
6 понравилось
