Цитаты из книги Тайна трех

Не хочу… наследить своей старой аурой в твоей новой жизни.

«Я встала на ноги. И продолжу вставать, сколько бы раз не упала, сколько бы болячек не вспыхнуло на коленях, порезов, ран и заноз. Я буду бороться, буду идти вперед, буду жить, так как решу. Шапка упала с головы. Я не пыталась сделать падение максимально незаметным, как делают фигуристы. Я человек. Мы падаем, мы раздираем кожу, но мы встаем, чтобы идти.»

«В августе небо густеет цветом просроченных чернил».

«Боже, как прекрасно что-то не знать! Как упоительно чувствовать эту жажду и делать первый глоток! Наконец-то я испытала это! Незнание и обретение!»

Впервые я представила нас картинкой из пазлов. Почему бы и нет? Почему не сейчас? Но появились только буквы. И мы с Костей, пробующие собрать слово СЧАСТЬЕ из четырех букв: «Ж», «О», «П» и «А».

– Кто-то по нему… ходил! – слышала я их разборку. – Ногами! И это больше не новорожденный желтый, а депрессивно-осенний перегной! – Марина, это половик. Он у двери лежит, на полу. Для ног. Судя по звуку, отец притащил из ванной ведро с тряпкой, чтобы реанимировать парой шлепков новорожденный желтый.

«- Чтобы влюбиться достаточно нескольких минут. Чтобы возненавидеть - хватит одной.»

Стоял. Молчал. Он был похож на упавший с небоскреба смартфон, который трижды переехал трамвай, искусал аллигатор и пожевала белая акула. Треснутый, глюканутый, покоцанный. Он еще фурычил, но уже не обладал сверхмощной оперативной памятью, растеряв все свои базы данных.

«И почему меня так тянет ко всему таинственному? Не могу пройти мимо загадки, интриги и домысла. Перечитала все детективы в книжном шкафу бабушки. Если бы папа не запретил пойти в стрелковую школу, из меня бы вышла классная сотрудница полиции.»

«Он был мной, я была им. Мы были серыми журавлями, которых Костя окольцевал во Фрингилле: небоокого самца и шестипалую самку.»

«Это моя медитация. Каждый день я вычесываю крапиву. А я-то думала богатейки с рублевки вычесывают родительские кредитные карты, отовариваясь в бутиках. Но нет, Алла вот крапиву чешет, а еще печет хлеб из выращенной ею пшеницы.»

«- Ты уже особенная, Кирочка, - отвечала бабушка. - Мы любим тебя. Любой. Надеюсь, она говорила не про мои шесть пальцев на левой ноге (тоже из-за кроликов.)»

«... «почему мать сошла с ума?! Как это случилось?»... ... - Это радиоактивные кролики виноваты, Кира. Спроси у бабушки. Она знает. Это все кролики, дочь... ...На кроликов списывались все неприятности в семье. Ангина - кролики. Моя пара по алгебре - «что вы хотите от ребёнка, это всё кролики, которых мы съели!» Просрочили взнос по кредиту - какая может быть память после столь памятной крольчатины?!»

Я давно перестала понимать, как выиграть в игре, бросая монетку с двумя решками, когда ставишь на орла. Был ли правильный выбор?..

Мягкой варежкой она протягивала отцу сковородку, на дне которой аккуратно лежали его пожаренные экзотические аквариумные рыбки. – По четвергам, дорогой, рыбный день! Приятного аппетита!

– Да кто они, по-твоему, маньяки? – Богатые все всегда маньяки.

– Кира, поставь чайник. Возьми тот, с душераздирающим оттенком талого апрельского снега. – …Какой? – не поняла я. – Коричневый, когда по весне дерьмо наружу, – подсказал отец, переводя с материнского эмпатического на бытовой человеческий.

Здесь мои родители. И только расставшись с ними, я поняла, что люблю их.