Узник Неба

- Іноді втомлюєшся тікати, - промовив Фермін. - Світ стає дуже маленьким, коли немає куди йти.

І чому всі війни на світі виграють мішки з грішми?

- Знаете... Однажды вдруг осознаешь, что молодость закончилась и поезд уже ушел.

• Придут другие поезда. Обязательно.

- Что это за муж, который не верит своей жене? - задал я вопрос.

• Вам нужно назвать имена и фамилии или достаточно статистики?

- Фермин, вы можете делать что пожелаете, потому что вы не существуете. Я даже предложил бы вам остаться, так как теперь вы стали одним из нас - людей, не имеющих ни имени, ни плоти. Нас нет на свете. Мы - призраки, невидимки.

Пожалуй, это было бы недурственно. Меня уже воротит от чтения дипломных работ - всей той дребедени, которую понаписали нынешние спесивые оболтусы и от которой у меня, кажется, развивается дислексия.

- Доктор, думаю, я нашел единственный способ выйти из этой тюрьмы.

• И как?
• Мертвым.
• А другого, более выполнимого способа у вас нет?
• Доктор, вы читали "Графа Монте-Кристо"?
• В детстве. И почти не помню.
• Так перечитайте книгу. Там все написано.

Все хорошее всегда оказывается под замком

Однажды вдруг осознаешь, что молодость закончилась, и поезд уже ушел.

Мне нравилось смаковать каждый оборот речи и кропотливо разбирать построение фраз, ибо мне чудилось, что если я сумею расшифровать музыку этой прозы, то узнаю что-то о человеке, с которым мне не довелось познакомиться и который, по заверениям окружающих, не являлся моим отцом.

— Все хорошее всегда оказывается под замком, — заметил тот вполголоса.

Впрочем, для детей и туристов характерен такой вид простодушной наивности и беспомощной растерянности, когда от обилия впечатлений глаза разбегаются.

Беа пытливо смотрела на меня несколько мгновений, но я произнес именно те слова, которые ей хотелось услышать, и она поддалась искушению поверить мне.

Я знаю, ты решишь, что я сошел с ума. Но я предпочитаю выглядеть в твоих глазах безумцем, только бы ты не подумала, будто я забыл тебя.

Тогда позвольте помочь вам. Разделенная ноша вдвое легче.

— Не обижайтесь, святой отец, но я не очень-то верю во все эти штучки…
— Но вдруг Бог верит в вас?
— Сомневаюсь.
— Не обязательно верить в Бога, чтобы исповедаться. Это тонкая материя ваших отношений с совестью. Что вы теряете?

- Должно быть. вам пришлось нелегко в нашей стране.

• Вы не представляете, до какой степени. Но я всегда себя утешал, что возможность в любой момент отведать хамон серроно компенсирует все неприятности.

В нынешние времена даже у стен есть уши.