Зимняя гостья

Почему же внучка для нее важнее детей?
Саманта переступила с ноги на ногу, внезапно ей стало стыдно за собственные мысли. Это праздник для Таб.

Они надеялись, что расстояние заставит ее отказаться от поездки, даже не предполагая, что скорее ее напугают воспоминания, а не мили.

— Давай откровенно. Спорить с нашей мамой — это кровавый спорт, а я его не люблю. Предпочитаю выбросить паука за окно. У меня нет сил и желания с ней препираться.

— Муж? — наконец едва слышно пискнула Гейл. — Это твой муж? Ты замужем?
— Я… да…
Сестра выглядела такой потерянной и несчастной, что Саманта, забыв, что минуту назад хотела ее убить, поспешно встала рядом.
— Уже пять лет, мама. Понимаешь, так получилось…
Гейл, казалось, ее не слушала. Не моргая, она смотрела на младшую дочь.
— Вышла замуж. Когда? Почему мне не сообщила?
— Твоя мама ничего не знала? — С лица Майкла сползла улыбка, он растерянно посмотрел на жену, затем на Гейл.

— Пока нет. Нам неизвестно, как долго вы были без сознания. Возможно, около восьми минут. Надо за вами понаблюдать.
Она что, курс акций?
— Я хочу домой.

Он откинул с ее лица волосы и крепко поцеловал.
— Я поеду с тобой, поддержу, если будет тяжело. Таб научила меня нескольким приемам против драконов. И обещаю не падать в обморок, даже при виде лужи крови.

— Не могу же я приехать в больницу в джинсах и свитере?
— Для визита в больницу существует дресс-код?

— Давай немножечко поиграем в принцессу, а потом фильм.
— Конечно.
Майкл кивнул, сунул руки в карманы и озадаченно посмотрел на Таб:
— Только я не умею играть в принцессу. Я буду принцем и спасу тебя из темницы?
Таб захлопала глазами от удивления:
— Нет же, это я тебя спасу. Ты испугаешься дракона, потому что он большой-пребольшой, а я отрублю ему голову и спасу тебя. Будет много крови, и ты упадешь в обморок.
Майкл вскинул бровь:

Таб сосредоточенно нахмурилась. Очевидно, что игра в детектива ей очень нравилась.
— Значит, она папочкина подруга?

Будучи учителем, высшей наградой для себя она считала изумление и восторг в глазах ребенка, осознавшего, что из букв можно сложить слова: д-о-м — дом. Дом!

Элла зажмурилась от предвкушения. Она обожала Рождество: шум, смех, суету. Но больше всего радовала возможность провести время с семьей.

— Единороги — существа мифические, их питание для нас тайна, но точно известно: чтобы вырастить рог, им необходимо много витамина D, кальция, калия и фосфора.

— Ты знаешь, а единороги едят брокколи.
Голубые глаза Таб, такие же невообразимо красивые, как у отца, стали еще больше от удивления.
— Почему?
— Потому что им известно, как это полезно.

— Послушай, если ты будешь есть овощи, я смогу считать себя хорошей мамой, а мне очень хочется быть хорошей мамой.
— А мне хочется быть единорогом.

— О нет, — Элла строго покачала головой. — Тебе не удастся меня обмануть. Сначала едим брокколи, потом обнимаемся.
Табита недовольно скривилась:
— Почему?
Любимый вопрос — почему. Бесконечное «почему».

Пожалуй, надо постоянно держать в кабинете бутылку водки. Буду развлекать себя новой игрой: один глоток, если кто-то скажет лестное о матери, и два глотка, если кто-то произнесет название ее книги.

— Шарлотта, если ты не кормишь Эми, принеси мне выпить, пожалуйста.
— Конечно! Чай или кофе?
— Водки. Со льдом.
Молчание.
— Конечно. Уже несу, — не очень уверенно произнесла Шарлотта.

С нетерпением ждала его ухода и возможности открыть наконец книгу. Разумеется, она сознавала, что реальная жизнь не может быть такой, как в романах, но все же надеялась привнести в нее кое-что из них.

Больше остальных, похоже, был потрясен Коул.
— У нее есть дети? Значит, у нее был… я имел в виду, она…
Он шокирован тем, что у нее были отношения с мужчиной? Как прискорбно. Похоже, личный помощник действительно считал ее роботом.

Сколько я показываю пальцев?
Гейл захотелось тоже показать ему палец. Один. Средний.