Морфий

Слухи о чем-то грандиозном. Будто бы свергли Николая II.

Снег изменился, стал как будто серее. Лютых морозов уже нет, но метели по временам возобновляются...

Анна К. стала моей тайной женой. Иначе быть не могло никак. Мы заключены на необитаемый остров.

У нее голос необыкновенный, и как странно, что голос ясный, громадный дан темной душонке...

Неблагодарный! Я забыл свой боевой пост, где я один без всякой поддержки боролся с болезнями, своими силами, подобно герою Фенимора Купера, выбираясь из самых диковинных положений.

Тяжкое бремя соскользнуло с моей души. Я больше не нес на себе роковой ответственности за все, что бы ни случилось на свете.

"Голос озабоченный.
Слышно:
― Ростов… можете себе представить… немцы… китайцы… паника… они в касках… сто тысяч конницы…
И опять:
― Ростов… паника… Ростов… конница…"

"И мы, представители неудачливого поколения, умирая еще в чине жалких банкротов, вынуждены будем сказать нашим детям:
— Платите, платите честно и вечно помните социальную революцию!"

"Кто увидит эти светлые дни?
Мы?
О нет! Наши дети, быть может, а быть может, и внуки, ибо размах истории широк и десятилетия она так же легко «читает», как и отдельные годы."

"И вот пока там, на Западе, будут стучать машины созидания, у нас от края и до края страны будут стучать пулеметы."