Цитаты из книги Психотерапевт

"Думаю, время не имеет значения, когда речь идет о горе."

Та авария, когда Лео въехал в зад моей машины, — лучшее, что случалось со мной за долгие годы.

Отправляюсь к ней; Ева открывает, одетая в белый тренировочный костюм, жуя тост с толстым слоем арахисовой пасты.
— Я сегодня пять миль пробежала, так что мне можно, — говорит она, протягивая мне свою тарелку. — И тебе можно, потому что у тебя были дерьмовые выходные.

Нос улавливает запах трюфельного ароматизатора. — Я присоединюсь к вам, когда все придут, — заверяю я. — Кому-то же надо быть здесь и открывать гостям дверь.
Лео вопросительно поднимает бровь:
— С каким они вкусом?
— Попробуй.
Взяв ломтик, разгрызает, морщит нос.
— С трупным, — говорит он. — Со вкусом трупа.

Весь секрет в том, чтобы быть тем, кем люди хотят тебя видеть.

Счастье подобно бабочке: пока за ним гонишься, оно ни за что не дается в руки. Но стоит отвлечься на что-то иное, как оно тут же вернется и само опустится тебе на плечо

Знаете, что говорил Генри Дэвид Торо? «Счастье подобно бабочке: пока за ним гонишься, оно ни за что не дается в руки. Но стоит отвлечься на что-то иное, как оно тут же вернется и само опустится тебе на плечо».

– Я люблю тебя, но я никогда не верил в брак. И уже не поверю, в моём-то возрасте. Ни одного счастливого женатика не встречал, и потом, это всего лишь бумажка. Мы из-за неё не станем сильнее любить друг друга.

К несчастью, есть немало случаев, когда бродяги берут на себя вину за преступление только для того, чтобы снова оказаться в тепле. Тюрьма пугает их куда меньше, чем перспектива жить на улице.

На протяжении веков женщин стригли в наказание за распущенность – такой был способ публичного унижения. Во время Второй мировой войны во Франции подобная участь постигла многих женщин, спавших с немцами.

Хорошо, когда удаётся обсудить то, что тревожит, иначе недопонимание будет только накапливаться.

– Мне просто необходимо, чтобы дома был порядок. По-моему, это единственная сфера, которую я могу реально контролировать, единственное, где я – главная. – Тамсин смеётся и добавляет: – Единственная часть моей жизни, которая принадлежит мне.

Я стою неподвижно и пытаюсь понять. Ощущается некоторое присутствие, не физическое, а невидимое и неосязаемое. Нечто, что я в состоянии почувствовать, но не в состоянии назвать.

Обычное дело, когда члены семьи не верят в виновность близких, однако это не значит, что те невиновны.

Надо бы отодвинуться от окна, потому что если они посмотрят вверх, то заметят меня. Но мне так одиноко, что я не двигаюсь с места.

Беру со стола блокнот, достаю из кармана ручку. Заметки можно делать и на компьютере, но клиентам нравится видеть в руках у психолога старомодный блокнот. Думаю, проблема с компьютером в том, что клиент никогда не знает, чем мы там за монитором занимаемся – может, делаем записи, а может, смотрим сериал.

– Люблю, когда девушка сама покупает себе цветы. Если бы я так не делала, у меня бы их никогда не было.

Тяжело осознавать, что мужчины, за которого ты вышла, на самом деле никогда и не было.

Такое облегчение излить душу кому-то, кто много пережил и, как и я, потерял близкого человека.