Абрис

Одиночество само по себе бывает в тягость. Особенно нежеланное.

Одиночество само по себе бывает в тягость. Особенно нежеланное.

Школьная дружба – хрупкая вещь. Если нет зрительного контакта, она исчезает, точно песчаный замок во время прилива.

Все же школьная дружба – хрупкая вещь. Если нет зрительного контакта, она исчезает, точно песчаный замок во время прилива.

– Маленькие города действуют на людей особым образом. Как удавка. И либо ты привыкаешь к ощущению петли вокруг горла, либо начинаешь всячески трепыхаться. Типа выделяешься на фоне остальных, ешь мусор, бросаешься целовать бродячих котов.

Когда кукловод теряет нужные нити, его собственное положение становиться шатким.

Деньги - пыль. Они ничего не значат в масштабах вселенной, их не возьмешь с собой на тот свет.

Тяжело делить кров с теми, чьи недостатки повторяют твои собственные. Становится тесно.

Странная все-таки штука: чем чаще близкий человек на тебя плюет, тем сильнее жаждешь его одобрения.

- Ты даже не успела пожить толком, но тебя сходу бросили в пучину мироздания – решать чужие проблемы. Проблемы тех, кто видел больше тебя.

Когда кукловод терял нужные нити, его собственное положение становилось шатким.

Подражаю отцу. Бунтую против общества потребления. Мне не хватает внимания. Выбери любой из вариантов и отстань от меня!

Ей стоило пересмортеть приоритеты и понять, чего она хотела на самом деле. Два мира внутри не могли сойтись воедино.

Тьма снаружи шла на убыль. Кора поняла это, как только краски различимые ее покрасневшими глазами, начали наливаться жизнью. Рассасывался в пространстве, позволяя реальности нарасти поверх, точно плоть а открытой ране. Мир исцелялся.

Безумие имело много форм. Иногда оно проявлялось там, где старались не видеть очевидных истин

– Чем больше ты будешь уметь, тем сильнее себя выпятишь. Неосторожное и яркое насекомое первым попадает рыбе в рот.
– Кажется, поняла. Это как ходить в темноте с очень ярким фонариком, на который будет слетаться всякое?

В такие моменты хотелось рвать и метать. Разбить о колено палитру, сломать кисти. Может даже завопить, топоча ногами как маленький ребенок. Собственные неудачи помноженные на безвыходное положение в итоге всегда давали взрыв.

Сны, являвшиеся под эту крышу, напоминали бесконечную историю, у которой не было ни смысла, ни сюжета

Знания – зло. Без них я была бы куда счастливее.

– А кто опасен?
– Твои собственные сожаления. И страхи. Все, что отбрасывает тень на твою душу