Дом без воспоминаний

В конечном счёте истина может оказаться более простой и одновременно ужасающей, чем мы пытаемся вообразить.

Добро и зло часто неразличимы в уме ребёнка. Например, то, что для других зло, для него может быть добром.

Насильственное подавление воспоминаний - крайне опасная техника гипноза. Главным образом потому, что она приносит лишь временное облегчение.

Глаза безумца, говорю я себе. Лучше бы он меня ненавидел, чем пялился таким тупым взглядом. Он не способен испытывать чувства. А я рядом с ним испытываю не страх, но холод.

Некоторые люди несут в себе невидимые раны, постоянно кровоточащие. Или зияющую пустоту, в которой эхом отдаются отчаянные вопли, — проговорил таинственный рассказчик. — То, что я пережил, привело меня сюда, ибо я должен кому-то это показать. И сейчас ты пойдешь со мной.

Когда дьявол принимает обличье этой женщины, ты должен называть ее «мама».

Дети говорят с нами через посредство своих игрушек, сказал он себе. С ними, не с нами, делятся своими секретами. Поэтому игрушки знают такие вещи, какие взрослым недоступны.

…весь остаток жизни ей суждено провести в доме без воспоминаний.
Вспоминать прошлое невыносимо больно. Думать о будущем бессмысленно.

На самом деле люди, прослышав о кровавом деянии, первым делом ищут страницу преступника в соцсетях. И только потом – страницы жертв. Будто показывающий абсолютную вменяемость профиль будущего монстра в «Фейсбуке» или «Инстаграме», уже таит в себе ростки злодейства или безумия.
Но зло не всегда можно объяснить.

Глаза безумца, говорю я себе. Я никогда не видел сумасшедших, но знаю, что это так. Лучше бы он меня ненавидел, чем пялился таким тупым взглядом. Он не способен испытывать чувства. А я рядом с ним испытываю не страх, но холод.

Проделки разума, сказал он себе: сколько раз ему самому приходилось объяснять маленьким пациентам, что
не стоит верить всему увиденному? Это последствия сеанса с Лавинией, ведь гипнотизер сам зачастую до некоторой степени вовлекается в транс.

Что-то недоброе обитало в этих комнатах, вытеснив все надежды, весь трепет любви и заняв их место.

"... одна из привилегий старости заключается именно в возможности осквернять совершенство мироздания."