Лимон

Говорить, что закон один для всех, что перед законом все равны, могут только те, кто ничего в законах не понимает. Закон – не безупречный механизм, и люди, в чьих руках он находится, – не роботы, каким же образом он будет применяться всегда одинаково?

Я продолжаю задаваться вопросами. Возможно ли, чтобы в наших жизнях действительно не было ни малейшего смысла? Неужели я не смогу обнаружить ни крупицы, как бы ни искала, сколько бы ни старалась? Верно ли, что есть только мир, полный страданий? Как может не быть смысла в нераздельности радости и горя, соединении безмятежности и нависшей угрозы, присущих нашему существованию?

Не каждое существование наделено смыслом.

Воображение может причинять такую же боль, как и реальность. Нет, даже большую, поскольку над воображением не властны ни время, ни расстояние.

Законы иногда составлены бессмысленно. Я юридический не заканчивала, но у нас преподавали политологию и право. Так что про законы и как можно их повернуть, немного знаю. Если бы законы нельзя было трактовать как угодно, не было бы нужды ни в политике, ни в дипломатии. Говорить, что закон один для всех, что перед законом все равны, могут только те, кто ничего в законах не понимает.

Я никогда не хотела такой жизни. Но все обернулось именно так, и в этом должен быть хоть какой-то смысл. Я не хотела такой жизни, но это не значит, что не я ее выбрала.

С ужасающей непреклонностью смерть отделяет одного человека от всех других, и ей нет никакого дела, был он при жизни кем-то великим или, наоборот, незначительным. Рождение – услужливое, но и принудительное соединение с человечеством, смерть же – безусловное и абсолютное отторжение.

Люди не всегда замечают, как теряют надежду. Ко мне же пришло осознание, что я не заметила, как потеряла жизнь.

Жизни людей, прошедших бесчисленные испытания, становятся сюжетами произведений, по которым мы судим о смысле существования, вглядываясь в причудливые узоры человеческих судеб. Зная пугающую правду о том, что жизнь человека не бывает безмятежной, мы тем не менее продолжаем изумляться, задаваться вопросами, чувствовать себя зачарованными. Может, именно поэтому нам так нравятся эти истории

Воображение может причинять такую же боль, как и реальность. Нет, даже большую, поскольку над воображением не властны ни время, ни расстояние.