Ivanhoe

Но что же удивляться, если простой поселянин вроде меня вернулся домой; ведь даже те, кто клялся посвятить всю жизнь освобождению Святого города, теперь путешествуют вдали от тех мест, где они должны были бы сражаться согласно своему обету.

Люди нередко сваливают на судьбу последствия своих буйных страстей.

... Временное благополучие не возвышает, а унижает людей, исполненных истинной добродетели и высокого благородства.

- Я человек без имени, но друг своей родины и тех, кто любит ее...
Знайте, однако, что мое честное слово так же верно, как если бы я носил золотые шпоры.

- Прощаю вас, прощаю... как христианка.

- Но удача в войне переменчива, подчас захочется тихого уголка и тому, кто всю жизнь воевал и странствовал.

- Не могу назвать тебя добрым, но не смею, да и не хочу считать злым.

- Не кидайтесь в сторону, точно испуганный конь.

- ... Не завидую и вере твоей, которая вечно у тебя на языке, но которой нет ни в твоем сердце, ни в поступках.

Как сплетня кумушки, рассказ окончен.

Уэбстер.

О дочь моя! Мои дукаты! Дочь!
Дукаты христианские мои!
Где суд? Закон? О дочь моя... дукаты!

Шекспир. "Венецианский купец"

- Ты не просишь пощады?

• Кто попал в лапы льва, тот знает, что это было бы бесполезно.
• Так бери ее, непрошенную, лев не питается падалью. Дарю тебе жизнь.

Король Иоанн
Мой друг, послушай. что тебе скажу я:
Он, как змея, мне всюду преграждает путь.
Куда я ни ступлю - повсюду он.
Я выразился, кажется, понятно?

"Король Иоанн"

Сражайтесь, храбрые рыцари! Человек умирает, а слава живет! Сражайтесь! Смерть лучше поражения! Сражайтесь, храбрые рыцари, ибо прекрасные очи взирают на ваши подвиги

А, чтоб тебе чёрт вышиб зубы!

Если хочешь сразиться со мной равным оружием, я тебя по-приятельски и по братской любви так отделаю, что на целых двенадцать месяцев отучу от греха излишнего любопытства.

Одна крапля дощу, що впала в море, стає складовою частиною того непереборного океану, що підточує скелі і поглинає королівські флоти.

Ні, помста — це бенкет богів. І якщо правда, як запевняють нас священики, що боги приберігають це право для самих себе, значить, вони вважають цю насолоду занадто цінною, щоб надавати його простим смертним. А честолюбство!