Чувства - это самое важное! Все остальное - чепуха.

Есть книги, которые живут. В детстве они наши лучшие друзья, а потом вместе с нами взрослеют.

– То, что ты можешь себе позволить какие-то вещи, вовсе не означает, что ты можешь их получить.

В конце концов, что есть настоящее? Половина его - в прошлом... Причем лучшая половина...

Разве не ясно, что, если вы никак не связаны с людьми, с ними проще быть честными?

– Как, вы не читали «Идиота»? – воскликнула она.
– Зато я прочел «Войну и мир», – ответил Уильям несколько раздраженно.
– «Войну и мир»?! – повторила она насмешливо.
– Должен признаться, я не понимаю этих русских.
– Вашу руку, вашу руку! – пробасил с дальнего конца стола дядя Обри. – И я тоже. Уверен, что они и сами не понимают.

Как ни странно, Кэтрин скорее призналась бы в своих безумных фантазиях о прериях и тайфунах, чем в том, что наверху, оставшись в своей комнате одна, она встает на рассвете и засиживается допоздна, чтобы с наслаждением предаться… занятиям математикой.

…поэзия – это не то, что мы пишем, но то, что мы чувствуем…

Понимаю, это не очень приятная черта характера, но я терпеть не могу, когда рядом люди.

Ей показалось вдруг, что, пока они сидят тут рядом, рука в руке, если прислушаться, можно услышать шорох земли, сыплющейся с высоты и возводящей меж ними преграду, и с каждой секундой всё выше поднимается глухая стена. И когда эта невидимая стена, казалось, навеки отделила её от человека, который был ей дороже всех, они расцепили пальцы.

Потому что, мне кажется, поэзия помогает сохранять идеал, который иначе не выживет.

что есть настоящее? Половина его — в прошлом… Причем лучшая половина, я бы сказала

— Мы видим друг друга так зыбко – как дрожащие огни...
— Как огни в бурю...
— В центре бури.

— Меня ужасно огорчает, когда мне говорят неправду. А вас?
— Если задуматься, все мы говорим неправду.

По-моему, все бессмысленно, кроме поэзии. <...> без поэзии идеал умирает, только поэзия способна вдохнуть в него жизнь.

- Правда, странно, что чужой энтузиазм, вместо того чтобы вдохновлять, обычно отпугивает? - продолжал свою мысль мистер Хилбери, довольный ответом дочери. - Никто так не разубеждает в правоте дела, как его увлеченные сторонники. Ты вроде и сам хотел бы гореть тем же энтузиазмом, однако стоит увидеть всеобщее единодушие, как всякое желание быть заодно с другими пропадает.

... вывод, к которому Ральф пришел по окончании колледжа, до сих пор окрашивал его мировоззрение горькой меланхолией и сводился к тому, что жизнь большинства из нас требует проявления самых низменных свойств натуры в ущерб возвышенным и прекрасным, так что в конце концов приходится признать, что все, что когда-либо казалось нам благороднейшей и лучшей частью наших природных качеств, не так уж и важно и не приносит никакой практической пользы.

— Она опоздала на поезд, — пояснила Кэтрин, заметив, что Кассандра не в силах произнести ни слова.
— Так всегда бывает в жизни, — задумчиво проговорила миссис Хилбери, рассматривая портреты, развешанные на противоположной стене, — один поезд упустишь, другой поймаешь...

В отчаянии человек цепляется за любую возможность, по праву или нет.

Тому, кто привык подчиняться привычке, унизительно чувствовать беспомощность перед разгулом некой освободившейся разом мощной и, похоже, неконтролируемой силы.