Пуля для адвоката

Пресса может любить вас сегодня и уничтожить завтра.

Хотите, одолжу вам один из моих "линкольнов"? У меня есть экземпляр с номерным знаком "невиновен".

Я знал обо всем этом, однако не испытывал ни страха, ни вины и чувствовал себя примерно как тот парень, который выделывал в воздухе сальто на трехсотфунтовом снегоходе. Может, спорт тут и ни при чем, но это было чертовски рискованно, и только таким способом я сделал то, что не удавалось целый год. Содрать с себя всю шелуху и зарядить энергией.
Так, чтобы вскипела кровь.

Я сидел и смотрел на него, на мгновение потеряв дар речи.

• Вы хотите сказать, что я знаю, кто убил Джерри, и молчу?
• Я не должен исключать подобной возможности.
• Пошли вы к черту, Босх!

Чертов лицемер, - усмехнулся Босх. - Вы прячетесь под защитой закона, но снаружи вас ждет убийца. И все ваши правила и этические нормы не остановят пулю.

Органы правопорядка в нашей стране занимаются главным образом бумажной работой.

Порой правосудие не может ждать.

Сначала хорошенько подумайте, о чем просите. Иногда знания бывают опасными.

Вы довольно смышленый адвокат, Холлер. Такой же, как ваш старик. Не понимаю только, почему защищаете всякие отбросы. Могли бы набирать клиентов из приличных докторов или табачных магнатов.

У меня нет доказательств, но мы не в суде.

- Если у вас есть новости, говорите сейчас. Я ложусь на дно.

• И тебе тоже привет, - буркнула мне вдогонку Лорна.

В нашем византийском законодательстве можно апеллировать против чего угодно. При желании Эллиот мог обжаловать все, даже только что вынесенное постановление.

Место преступления – нечто вроде карты. Если вы знаете, как ее читать, всегда можно найти верный путь.

Иногда острая приправа – единственное, что заставляет чувствовать себя живым.

Работники прокуратуры иногда обращаются с адвокатами так, словно те мало чем отличаются от своих клиентов.

Язык чаще доводит до тюрьмы, чем выпускает на свободу.

Невинных людей порой сажают за решетку; к сожалению, это факт. Даже невиновные боятся правосудия.

В Лос-Анджелес все приезжают, и никто не остается насовсем. Это как пересадочная станция. Одни гонятся за своей мечтой, другие убегают от кошмаров. Двенадцать миллионов человек — и все в любой момент готовы сорваться с места. В буквальном, переносном и каком угодно смысле каждый житель Лос-Анджелеса сидит на чемоданах. Так, на всякий случай.